Ты меня (не) купишь

Теперь реклама больше, ярче, привлекательнее.

– Процветает благодаря мне, – цежу сквозь зубы, не торопясь выходить из машины.

– Не то слово. Цветет, – отвечает Фаза. – Воодушевился, подобрел. Может, этим и подкупил вашу училку.

– В таком случае, ее принципы – фуфло. Продажная она.

Сунув коробочку с кольцом в карман пальто, выхожу на улицу. Вдыхаю поглубже и заявляюсь в клуб. Внутри тоже кое-где начался ремонт. На столе новый комп. Инвентарь еще не распакован. В здании воняет краской и потом. Пацан мой еле дышит на скамейке, а Городецкий занимается с другими бойцами.

– Устал? – Треплю Артура по шевелюре.

– Оу, ты вернулся, – тяжело вздыхает он, не в силах встать. – Забери меня из этого дурдома. Не могу уже…

– Собирайся, – велю и разворачиваюсь к Городецкому.

Тот уже отвлекся от тренировки и идет к нам едва ли не с распростертыми объятиями.

– Господин Чеховской, вот так визит! Решили лично убедиться, как идет работа? Ваши люди молодцы. Не лодырничают. Даже не знаю, как отблагодарить вас за такой подгон.

Он протягивает ладонь для рукопожатия, а мне хочется ему по роже съездить, даже кулак сдавливаю, но Фаза вовремя останавливает. Пожимает ему лапу, нарочно задев меня плечом. Действую по его примеру, кое-как сдерживая себя, чтобы не раздавить его пальцы.

Как ты вообще, тварь убогая, смог превзойти меня в ее глазах?! Ты же – днище общества. Уебок, просирающий и свою, и ее жизни. Что ты можешь ей дать? Что дал за десять лет?

Не успеваю рта раскрыть, как Городецкий переключает внимание куда-то за мое плечо.

Я лишь чуть поворачиваю голову, но уже по стуку каблуков, запаху и силуэту узнаю свою Бабочку. Сначала она идет решительно, потом сбавляет шаг и наконец замирает рядом со своим мужем – прямо напротив меня.

Округляет глаза, чуть приоткрывает рот и бледнеет, нервно сжимая ручки сумки.

– Даш, познакомься, это тот спонсор, о котором я тебе говорил. Это он изменил нашу жизнь к лучшему, – представляет меня Городецкий.

– А мы знакомы, – отвечаю я, не дав ей шанса на обман.

 – Вот так встреча, Дарья Николаевна. Я думал, вы однофамильцы.

– Тут такое дело, – мямлит она, – Роман Алексеевич…

– Дарья Николаевна – учительница Артура, – перебиваю я ее и вынимаю платок из кармана пальто. – Кстати, это ваш. Вы забыли его в моем доме на первом индивидуальном занятии.

Она пошатывается от ужаса. Городецкий грозно скрещивает руки на своей груди.

– Индивидуальные занятия?

– Вы разве не знали? – Я приподнимаю бровь.