Ты меня (не) купишь

– Коть, где вы были?!

Она притормаживает, так и не бросившись в его объятия. Растерянно хлопает ресницами, глядя на шикарный букет белых хризантем в его руках. Смотреть на них – сплошное умиление: молодые, влюбленные, искренние в настроении и эмоциях.

Я беру Чеховского за руку и отвожу в сторону. Пусть жених и невеста поворкуют в полумраке холла не под пристальными взглядами любопытных дядюшек.

– Где он? – как можно тише спрашивает Камиль.

Всякий раз, когда слышу его голос, поражаюсь тому, сколько у них с Ромой похожих черт.

Не во внешности. В манерах, в голосе, в жестах. Они оба любят поскрипеть зубами, пожечь взглядом, заставить вздрогнуть от какой-то фразы.

– В гостиной, – отвечаю, прижимая к себе розы, окутывающие меня своим нежным запахом. – Приехал с женой и сыном. Часа два назад. Говорит, Егор с семьей не смог. Дедушка их, Артем Никитич, с ним дома остался.

– А какого черта ему надо, он не сказал?

– С ними Ася разговаривает.

Я виновато смотрю на Чеховского. Его невестка – член их семьи. Она младше меня, но она носит фамилию Камиля.

Это правильно, что гостей встречает она, а не я. К тому же не могу я любезничать с Евой, зная, какую боль она однажды причинила Саше. Да и общих тем для бесед у нас нет. Асе с ней проще. У обеих малые детки. Делятся секретами молодых мамочек, обсуждают какие-то девайсы для младенцев, колики, режущиеся зубки, питание.

– Все хорошо, детка, – шепчет Чеховской, притянув меня к себе и губами коснувшись лба. Я носом утыкаюсь в розы.

Камиль оставляет нас, двинувшись в гостиную, и я крепче прижимаюсь к Чеховскому.

Соскучилась. Тяжело мне без него в этом доме. Чужой себя до сих пор ощущаю. Никак не могу к прислуге и охране привыкнуть.

– Саша и Лучиана красивая пара, – улыбаюсь, взглянув на них. Она так и льнет к нему, а он что-то тихо говорит, держа ладонь на ее круглом животике. – Такие милые.

– Ага, – вздыхает Чеховской.

Саша целует Лучиану, и она, покивав, идет в библиотеку, а он в гостиную. По пути негласно подзывает своего босса.

– Приглядишь за Лучиком?

– Конечно! – соглашаюсь я.

Он целует меня в губы, прежде чем последовать за Сашей. Провожаю его взглядом и спешу за Лучианой. Эта хитрюля, обнимая хризантемы, уже ухом прилипает к смежной стене, прислушиваясь, что происходит в соседней комнате. Хотя голоса и так хорошо слышны. Сначала они громкие. Много ругательств, от которых глаза на лоб лезут. Саша очень зол и обижен. А Лучиана буквально цветет. Зря дуреха боялась, что его чувства к Еве живы.