Ты меня (не) купишь

– И вам, говорю, до свидания. Дарья. Николаевна. Приятного вечера.

Я ухожу под рассеянный и заморенный взгляд ощетинившейся Бабочки. Зато по уши счастливый. Первый шаг сделан. Бабочка по-прежнему неподкупна. Плевать ей на мое положение в обществе, на мой кошелек и мой шарм. Пропитанная работой и унылостью своего тупого мужа-качка, которая жизни-то толком не видела. Раззадорила меня. Зацепила. Охотника во мне разбудила. Столько воспоминаний накатило. Кратковременную влюбленность всколыхнуло. Даже моложе себя теперь чувствую.

Опять в бой хочется. Только действовать теперь буду осознанно, выверено, азарт наслаждением подпитывать.

Можно, конечно, сделать, как Фаза посоветовал. Переломить качку позвоночник. Он инвалидности не вынесет, сам Бабочку прогонит. А я подберу. Но в этом случае она со мной от безысходности будет. Мне же надо, чтобы эта Бабочка сама на мой огонь полетела, не боясь крылья спалить. Сама в мои объятия бросилась. Чтобы я ее миром стал, богом.

Сажусь в машину, где Фаза с кем-то чатится, но при моем появлении технично сует телефон в карман.

Неужели я что-то упустил, и у него все-таки кто-то есть? Когда только успевает? Если ночует в нашем доме восемь раз в неделю?

Молча усмехаюсь, решив не комментировать и не лезть в личную жизнь своего единственного всем довольного подчиненного, и оборачиваюсь на заднее сиденье, где в темноте салона мой племянник рубает пончики.

– Завтра разобьешь окно в школе, – даю ему руководство к действию.

– Какое? – абсолютно равнодушно уточняет он.

– Любое. Только не у директрисы в конуре.

– Окей, – жмет он плечом и откусывает пончик.

Я пристегиваюсь ремнем безопасности, поймав на себе пристальный взгляд Фазы. Хрен знает, о чем он думает. Этого типа хер проссышь. Чурбан голимый. Но башковитый, падла. От огромных ошибок меня уберег. Не видать бы мне было политики без него. Он когда-то на другого криминального авторитета работал. Тот совсем глупо из игры вышел: врагов нажил, подставил многих. Не послушал Фазу, когда он дельные советы давал, правильную дорожку ему указывал.

В итоге тот хвост поджал и за бугор свалил, а Фаза тут отдувался. В драного кота превратился, когда я подобрал его. Но не сломался. Даже сильнее стал, непрошибаемее и сообразительнее. Такие всегда в единичном экземпляре.

– Вижу, разговор с учителем дал плоды, – замечает он, заводя тачку. – Совсем ребенку руки развязать решили, босс.

– Я пацана под себя воспитываю. Пусть с детства знает, как дорогу в лучший мир себе прогрызать.