Ты меня (не) купишь

– О боже! – вздыхает Лучиана и берет меня под локоть. – Идемте, Дарья Николаевна. У вас с моей мамой один размер. Уверена, мы найдем среди ее вещей купальник.

– Вы не поняли, я не собираюсь…

– Поверьте, – говорит она тише, вводя меня в сияющий зеркалами и золотом холл, – вам лучше согласиться. Вы же не хотите, чтобы он скинул вас в бассейн прямо в этом?

К нам подходит взявшаяся из ниоткуда женщина в униформе и, любезно улыбаясь, приветствует меня:

– Добрый день! Добро пожаловать! Позвольте? – Она помогает мне снять плащ, берет пальто у Лучианы и уносит их в гардеробную.

Переступив порог дома, я окончательно теряю дар речи. Это уже не фотографии из интернета, напоминающие номера-люкс иностранных курортных отелей. Это ожившая реальность, в которой волнуешься от каждого шага и вдоха, боясь сделать его лишним.

– Идемте-идемте! – Лучиана тянет меня к широкой изогнутой лестнице, и мы поднимаемся на второй этаж.

Я с трудом сдерживаю восторг. В этот дом вложено очень много денег, времени и сил. Здесь трудились лучшие архитекторы, строители и дизайнеры.

Тут каждый угол выполнен до зубного скрежета идеально. Рай перфекциониста и ценителя прекрасного. За такой дом многие продали бы душу дьяволу. А я размышляю, во сколько же Чеховскому обходится его содержание. Мебель, декор – здесь все подобрано с любовью.

– Нравится? – улыбается Лучиана, доведя меня до двери в конце крыла. – Маме тоже нравился. А дяде нет.

– Роману Алексеевичу не нравится свой дом? – удивляюсь я.

– Нет, не ему. У него же есть младший брат.

Камиль. Он в Москве живет. Всегда называл этот дом склепом. – Она отворяет дверь и вводит меня в просторную комнату. – От мамы осталось много вещей. Часто она покупала, лишь потому что они ей понравились на модных показах или в журналах. Ни разу так и не надела. Купальники входят в их число. Она не умела плавать, так что… – Лучиана выдвигает ящик комода. – Выбирайте.

– Вам с Артуром очень не хватает ее? – интересуюсь я, обводя изящно обставленную комнату взглядом.

– Да нет, – пожимает она плечами и садится на край кровати.

 – Мама всегда была занята собой, своим мужем, работой. Последнее время прикладывалась к алкоголю. Лечебница – это лучший исход для нее.

У меня мурашки бегут от этих слов. Лучиана не кажется неблагодарной. Вероятно, дело именно в матери. Она не дала детям ни любви, ни заботы, оттого они легко восприняли ее отсутствие.

– Но я хотя бы помню папу. Мне было семь, когда его не стало. А Артур редко видел своего отца.