Или же женщин, которых я послал, потому что у меня самая лучшая и красивая жена в мире, — все же муж незаметно оказывается около меня и прижимает к себе.
Я делаю вдох, но не для того, чтобы почувствовать аромат его туалетной воды, которую я подарила. Сейчас я словно ищейка, но чужого запаха на Косте нет.
— Это все очень странно, — отстраняюсь и упираюсь руками в грудь мужа, решая неожиданно начать перевести тему на больную для меня: — Так, может, нам все-таки стоит о ребенке подумать, чтобы больше ни у кого не было на тебя видов, а конкуренты наконец-то успокоились?
Нет, конечно, прямо сейчас я не собираюсь идти и воплощать эту идею.
Но мне интересно, как сейчас отреагирует муж: снова заартачится или продолжит быть таким же паинькой, как последние двадцать минут?
— Эми, — качает он головой, произнеся мое имя так, словно опять разговаривает с неразумным ребенком. — Мы уже обсуждали. Давай еще немного подождем. Ты же умная женщина, мы не просто рядовые работники, которые могут спокойно все бросить и уйти в декретный отпуск.
У меня сейчас очень сложный период на работе, вот разгребусь немного…
Моя отчетливая и даже не скрываемая усмешка прерывает очередные медовые речи Кости. Да, может, он все верно говорит. Но своих девочек я могу оставить на Риту, в модельном агентстве тоже есть кому меня заменить. Незаменимых на работе нет, а вот в семье… Но я уже не хочу ничего доказывать мужу — он все для себя решил.
— Хорошо, — отстраненно отвечаю, хотя ни черта не хорошо.
Но такая усталость наваливается, голова просто раскалывается.
Сейчас бы только под одеяло, потому что утром уже надо быть в агентстве.
Этот день меня сразу подбросил на адреналин, а когда его действие закончилось, я словно выжатый лимон. Ни эмоций, ни сил.
— Хорошо? — удивляется Костя, кажется, не поверив своим ушам. — Эми, ты же не поверила этому бреду, — скорее убеждает меня, чем задает вопрос. — Ты думаешь, что после всего я смог бы с тобой так поступить? Если бы не ты, не твой отец, у нас бы ничего этого не было.
У нас, может, и не было бы, а вот у меня бы точно было. И какого черта Костя сейчас вспоминает моего отца?
Наверное, у меня действительно началась паранойя, но мне в его последней фразе слышится такой подтекст, словно муж живет со мной только потому, что должен.
Да, Костя не из богатой семьи, но он честно трудился еще с первого курса. Подрабатывал, писал работы за одногруппников — зарабатывал любыми способами. Это упорство и трудолюбие дорогого стоят.
