Забираюсь, как есть: с мокрыми волосами и без одежды в надежде, что удастся быстро уснуть и ни о чем не думать. Увы, не получается. Минут пять я лежу, глядя в потолок, а затем по моим щекам самопроизвольно стекают слезы. Я беззвучно мычу, чтобы не рыдать в голос, хотя меня никто не может слышать.
Выплакаться получается через час. Тогда уже не остается ни слез, ни обиды. Последнюю сменяет злость на себя. Разве измена повод рыдать и изводить себя? Почему я должна страдать только потому что любимый мною человек оказался предателем.
С кровати встаю с твердым решением прекратить истерику, умыться, выпить чая, седативных и лечь спать. Обо всем буду думать завтра, когда на это будут силы и нервы. Сейчас хочется уснуть и ни о чем не думать. Дать измученному организму такой необходимый отдых.
Из всего перечисленного успеваю только умыться и выпить чай, который немного меня успокоил. Немного, потому что стоит мне услышать звонок в дверь, как внутри все переворачивается от волнения. Я бросаюсь к телефону, чтобы убедиться, что это не Рома.
Пропущенных от него нет, зато есть от Славы.
Когда я подхожу к двери, четко знаю, кто за ней. Бегло глянув в глазок, убеждаюсь, что по ту сторону стоит Слава. Смотрит прямо на меня, будто знает, что я стою и думаю, открывать или нет. Если бы дети были дома, я не задумываясь выкрикнула, что он может катиться на все четыре стороны, но мои ребята с ним. Должны быть с ним. Именно для того, чтобы узнать где они, я и открываю дверь.
— Где дети? — первое, что у него спрашиваю.
Я беспокоюсь, что с ними что-то произошло, волнуюсь. За его спиной ни Олега, ни Пашки нет. Он что, оставил их одних?
— С тобой все в порядке? — не обращая внимания на мой вопрос, спрашивает Слава.
Он шагает внутрь квартиры обхватывает мое лицо руками, внимательно всматривается.
— Говори же, Соня! — требует он. — Ты почему не отвечала? Я раз тридцать звонил.
Я мотаю головой. Звонил? Я и не слышала.
— Все в порядке, — выдаю наконец. — Где ребята?
— Спят уже. Я предупредил, что уеду.
— Ты оставил их одних? — шокированно произношу я, отступая на несколько шагов.
Слышится хлопок двери — это Слава зашел в квартиру, видимо, не намереваясь тут же срываться к парням.
— Они взрослые ребята, Соня, — наконец, произносит Слава. — Думаю, ничего страшного не случится, если они останутся одни, да и… тебе явно нужна помощь.
Я понимаю, что он намекает на мое опухшее лицо, но рассказывать ему истинную причину моей истерики не буду.
