Ты мое счастье

Так мы простояли несколько минут, пока из подъезда не вышла полная женщина с пекинесом на поводке. Она внимательно оглядела нас и, поторапливая собаку, спустилась с крыльца. Я ведь даже уже забыла, в каком непрезентабельном виде мы добрались наконец до точки назначения…

– Нам нужно разделиться, – вдруг сказал Богдан мне в макушку.

– Разделиться? Это шутка такая?

– Ты хочешь от меня избавиться? – злилась я.

– Я долго об этом думал, но так правда будет лучше. Не хочу подвергать тебя опасности, Майя, – стал сердиться в ответ Богдан.

– Но я не могу отпустить тебя одного! – закричала я. Тетка с пекинесом, прогуливаясь неподалеку, снова впилась в нас подозрительным взглядом. – У тебя опять телефон разрядится, я не буду знать, где ты, как ты. Я же с ума сойду, Бо!

Но Богдан молчал. Тогда я поняла, что уговаривать его бесполезно. Если уж он что-то втемяшит себе в голову, то его не отговоришь.

– Впрочем, делай что хочешь, – оттолкнула я его. – Ты всегда поступаешь так, как хочется только тебе. Одна доеду.

Я первой спустилась с крыльца.

– Я все придумал, – крикнул мне в спину Богдан. – Куплю тебе билет на поезд до дома и попрошу, чтобы Витя встретил на вокзале.

Я шла прочь со двора и обиженно молчала. Такой план и мне приходил в голову, когда я пыталась усыпить бдительность Анаит, но я не думала, что Богдан решит воплотить его в жизнь.

Выйдя на многолюдный проспект, Богдан быстро остановил частника на желтом «Форде». Волков попросил добросить нас сначала до вокзала, чтобы купить для меня билет, а потом спросил, как можно добраться до Юрьево, помимо электрички. Единственная, она отправлялась из города так же вечером, а Волкову, по всей видимости, не терпелось от меня отделаться. Частник долго разглядывал карту, а потом вдруг сказал, что и сам может довезти Богдана до деревни за символическую сумму.

– Круто, спасибо, – обрадовался Волков.

Я продолжала сердито смотреть в окно и молчать. Не скажу Богдану ни слова до самого отъезда. Пусть катится ко всем чертям! Упрямый осел. Богдан, сидя рядом со мной на заднем сиденье, сначала косился виноватым извиняющимся взглядом, а потом вдруг будто и сам обиделся. Тоже надулся. Так мы и не проронили ни слова. Когда проезжали мимо гипермаркета, Волков попросил:

– Остановите, пожалуйста.