Ты мое счастье

– Да хорош заливать! Сколько тебе лет? Куда едете?

Я проклинала все на свете. Но в первую очередь – нерасторопность Богдана, который так долго расплачивался за бензин.

Когда Богдан снова появился на заправке, парнишка, получив от Волкова чаевые, отошел на несколько метров, но все равно не сводил с «Тойоты» взгляда. Маньяк какой-то, ей-богу! Богдан наконец уселся на свое место, и я проворчала:

– Смотрел, что еще продается, – ответил Богдан, заводя машину. – Жрать хочется, сил нет.

И только после его слов у меня тоскливо заныло под ложечкой.

После всего произошедшего на болоте аппетит надолго пропал, мы даже отказались от обеда в больнице – хотелось скорее оттуда сбежать. А вот теперь, наоборот, казалось, что я готова съесть целого слона. Но, судя по тому, что руки у Богдана были пустыми, ничего съедобного он на этой заправке не нашел. И тогда голод стал ощущаться еще сильнее.

– До деревни этой еще пилить минимум час, – вздохнул Волков, словно прочитав мои мысли.

Наконец он тронул машину с места, и мы проехали мимо противного парня.

Я обернулась и напоследок скорчила ему гримасу. Была б я за рулем, по ногам бы еще проехалась, чтоб так похотливо не смотрел. Брр!

Я потянулась за дорожным атласом и, взглянув в него, хмыкнула:

– Деревенька совсем маленькая. Три улицы.

– Главное, чтобы там был продуктовый. И мойка.

И снова за окном замелькали поля, речушки, осины… Когда навстречу нам попадались другие машины, я думала о том, куда сейчас едут эти люди. В отпуск, в гости или же, как Богдан, – на важную, судьбоносную встречу.

Из задумчивости меня вывел веселый голос Волкова:

– Прикольный на заправке парень был, да?

– Прикольный? – скривилась я.

– Кажется, ты ему понравилась.

Как вспомню, так вздрогну. Но Богдану нравилось меня подкалывать. Он и раньше делал это, но теперь, когда мы остались наедине, шутить стал намного чаще. Просто до этого его подколы распространялись на меня и на Витю. Брату даже чаще перепадало. А теперь все шуточки сконцентрировались исключительно на мне.

– А он тебе разве не понравился? – притворно удивился Богдан. Шут гороховый.

– Нет, он не в моем вкусе. Озабоченный какой-то! Взгляд, как у маньяка. Лицо вытянутое, кожа плохая, в пупырочку…

– Ты слишком к нему строга, – покачал головой Богдан, не отрывая взгляда от дороги. – Он бы мог стать твоим парнем.

– Мне не нужен парень, похожий на огурец, – отрезала я.

– Огурец? Ладно тебе, молодой… хм, зеленый.

Я сделала вид, что смертельно обиделась.