Ты мое счастье

– Хочешь хлеба? – спросил Ринат.

– Хлеба? – удивилась я.

– Ну да, с молоком, – кивнул парень.

Я снова взглянула на Богдана. Тот стоял в стороне и о чем-то думал, пока мужчина с рыжими усами пытался починить его машину.

– У вас есть хлеб? – опять зачем-то спросила я, злясь на себя за свою непонятливость.

Тогда вместо ответа Ринат вздохнул и вышел из машины. Роста мы были примерно одинакового, Ринат даже немного ниже. Худой, жилистый. Я сделала вывод, что он все-таки младше. Может, класс девятый или десятый. Ринат открыл заднюю дверь «Нивы» и галантно махнул рукой.

А я тут же, не раздумывая, подтянув мужские шорты, нырнула на сиденье, будто в лимузин. Ринат вернулся на свое место и, перегнувшись через переднее сиденье, потянулся к сумке, лежащей возле меня.

– Мама хлеб утром испекла. И молоко наше, домашнее. Мы на продажу все это с батей возили. Разносим по квартирам. Тут то, что сегодня не продали.

Запах домашней выпечки вскружил голову. Я тут же впилась в булку зубами и принялась поспешно жевать.

Мой новый знакомый, словно заботливая мамочка, с умилением смотрел, с каким отменным аппетитом я ем хлеб. Молоко я пила прямо из банки, которую придерживал Ринат.

– Ты будто месяц не ела, – засмеялся парень.

– Когда стресс, я всегда много ем, – все же смутилась я, стараясь как можно скорее прожевать хлеб.

– В каком ты классе? – спросил Ринат.

– Я в этом году школу окончила. А ты?

– В десятый перешел, – стушевался парень. – Думал, мы ровесники.

– Нет, мой персональный ад закончился в этом году, – похвасталась я

– А мне еще предстоит этот пятый круг ада.

Я – очень ленивый, – признался Ринат.

– Ты читал Данте? – удивилась я.

– Писал по нему научную работу и даже в город ездил ее защищать, – скромно ответил парень.

– Мм, – протянула я, жуя свежий хлеб. – Какой ты молодец!

Ринат покраснел. Это было очень мило!

– Ну, а ты? – спросил он.

– Ты откуда с Данте знакома?

– Мой брат с кафедры романской филологии. Попробуй-ка с ним этого не знать. Чревоугодие – это у нас какой круг?

– Третий, – подсказал Ринат.

– Вот-вот. Витька бы сейчас увидел, как я тут булки ем, надрываюсь, сказал бы, что по мне третий круг плачет.

Ринат рассмеялся, и я вместе с ним. Даже была рада, что встретила этого парня. И дело не в свежем хлебе (хотя и в нем тоже). Просто впервые за эти два дня я расслабленно с кем-то поговорила, не переживая, что обо мне могут подумать. Все-таки к Богдану я была неравнодушна, и часто между нами возникали странные неловкие паузы.