Ты - мои небеса (СИ)

Лицо бледное, под глазами темные круги и костюм, который купили совсем недавно в Париже, уже болтается на нем, как на вешалке.

- Давай не будем об этом говорить. – Ушел от ответа Максим. Его состояние оставляло желать лучшего и совсем не хотелось обсуждать столь неприятную тему. Постоянная головная боль, от которой уже не помогали ни пластыри, ни таблетки с недавних пор стала его верной спутницей. И становилось очевидным, что лучше ему уже не будет. А недавно к  головной боли присоединилась тошнота, так что каждый прием пищи теперь давался ему с огромным трудом.

Вот и сегодня он пообедал только потому, что Алиса настаивала.

Максим старался не замечать эти мелочи и жить оставшиеся ему дни полной жизнью, но каждый раз сталкиваясь с новыми симптомами, снова возвращался мысленно к болезни.

Как и предсказывал Лекс, он будет умирать медленно и верно и Алиса не сможет ничего придумать, только наблюдать за его постепенным угасанием. А потом, когда с ним будет покончено, она вернется к себе домой.

Взяв его ладонь в свою Алиса принялась водить кончиками пальцев по выступающим на тыльной стороне кисти сухожилиям удивляясь, какого землистого цвета стала его кожа.

- Я не могу не говорить. - Алиса наклонилась и прижалась щекой к его ладони. - Я вижу, как тебе плохо и чувство вины не дает мне покоя. Я знаю, - покачала она головой, разом отметая все возражения Нестерова, - ты скажешь, что это не моя вина, что не запусти я программу, ее активировал бы кто-нибудь другой. Все так. Но если бы ты знал, как раздражает собственное бессилие.

Я не могу придумать ничего оригинального, чтобы вытащить тебя из программы. Теперь я понимаю, в каких облаках витала, когда впервые пришла сюда.

- К чему эти пустые разговоры. - Максим печально улыбнулся. - Симптоматическая терапия, как я понимаю, вряд ли даст положительные результаты, да и не хочу я остаток дней провести в больничных стенах. И насчет того, что у тебя не было выбора, я тоже верю и не держу зла. - Проведя рукой по ее волосам, мужчина приник долгим поцелуем ко лбу.

- Алиса, как ты не понимаешь, - прошептал он, приподняв женщину и прижавшись щекой к ее виску, - я благодарен уже за то, что ты дала надежду смертельно больному человеку. За то, что зная, что скоро умру, я еще могу верить и надеяться, что этого не случится. Что я не умру и однажды проснусь в другом мире, пусть не таком прекрасном, как этот, но там я буду здоровым. Разве это не удивительно? Жить с такой вот мечтой.

На глазах у Алисы выступили слезы.