Ты - мои небеса (СИ)

В конце концов, он затих и Нестеров решил, что разговор закончен и можно войти.

Лекс стоял на балконе, опустив голову и опершись обеими руками на металлические перила. Телефон он продолжал судорожно сжимать правой рукой.

- Женщина? – Встав рядом, спросил Нестеров.

Ночная Москва горела миллионами разноцветных огней. С окон его однушки не увидишь такой красоты, хоть на крышу поднимись.

- Хуже. – Не поднимая головы, ответил Лекс. – Мать. В последнее время совсем плоха стала, а у меня работа. Нет возможности контролировать каждый ее шаг.

- Она гуляет? – Удивился Максим, мысленно сопоставив образ Лекса с образом тирана, ставящим крест на личной жизни матери.

- Если бы. – Лекс шумно выдохнул. – Болеет. – Он в отчаянии стукнул кулаком по перилам. – Болезнь Альцгеймера. Слышал о такой? – Он покачал головой и вернулся обратно в комнату. Застегнув пиджак, поправив галстук и взяв пальто, мужчина собрался уходить.

- Ты хоть знаешь где она? – Максим заметался по сторонам в поисках своего пальто.

- Найду как-нибудь.

- Тогда пойдем. – Накинув пальто и взяв сумку с документами, Максим первым направился к выходу.

- А ты куда? – Удивлению Лекса не было предела.

Он не ожидал от Нестерова такой прыти. Одно дело просто в ресторане посидеть, а другое быть задействованным в поисках посторонней ему женщины.

- Искать. – Максим развел руками. – У меня тоже вся ночь впереди.

Лекс только плечами пожал, но возражать не стал.

Побывав в трех местах, где она могла быть и не найдя ее там, Лекс принялся ей названивать, но мать упорно не брала трубку. Спустя еще полчаса потеряв всякую надежду, Лекс просто рассеянно бродил взад-вперед по темной освещенной фонарями улице, вспоминая, куда она еще могла пойти.

Максим, сидя на скамейке, терпеливо наблюдал за его агонией. Он ничем не мог ему помочь и просто составлял компанию. Если бы его мать была бы сейчас жива, он бы тоже, наверное, волновался.

- Зря ты пошел со мной, - Лекс сел рядом с ним на скамейку и, зевнув в кулак, посмотрел на часы на запястье. – Два часа. И сам не высплюсь и человеку не дам. И ночь как назло холодная выдалась. – Он поежился и к удивлению Максима продолжил. – Когда она еще тогда говорила, что справится со всем этим, я как дурак ей поверил. Надо было настоять на своем и запретить идти сюда за мной.