Ты мой трофей, девочка

— Что ты делаешь? — впадаю в панику, не понимаю зачем он сделал это. Поза донельзя унизительная. Меня начинает тошнить. Может, если меня вырвет перед ним, то этому уроду расхочется играть со мной? Вот только желудок пуст…

Бес вдруг разворачивается, направляется в сторону ванной… Испуганно слежу за ним, не понимая, что происходит.

Наклоняется, поднимает с пола свой халат. Зачем? Смотрю, абсолютно не понимая его намерений. Он передумал? Хочет одеться и уйти? Понял, наконец, как ужасно все то что он со мной делает?

Но надежда растворяется, как только он подходит ко мне.

— Тс, тихо. Иначе тебе не понравится.

Мне уже не нравится, долбаный псих!

— Будь послушной девочкой.

Мне не просто страшно, меня колотит сильнейший озноб, перед глазами все плывет, я на грани обморока. Может только это и станет спасением? Этому чудовищу вряд ли будет интересно играть с бездыханным телом. Сейчас он наслаждается моей паникой, впитывает мой ужас, поглощает его, как долбаный монстр.

— Никогда не играла в игры, девочка? Так может расскажешь, зачем пришла сюда?

— Зачем… зачем эти вопросы?

— Думаю, тебя кто-то очень долго отбирал. Готовил.

— Нет… все случайно. Клянусь! Я хотела помочь подруге!

— Считаешь я такой идиот, что поверю? Ты слишком… на нее похожа.

— Я жду ответов на свои вопросы, — пояс превращается в петлю, которая затягивается на моей шее. Широко распахиваю глаза, ловлю ртом воздух, которого вдруг становится катастрофически мало.

Хватка вдруг слабеет, я закашливаюсь. Опускаю голову, упираюсь лбом в постель.

Он убьет меня. В эту минуту не остается сомнений в финале.

— Мне нечего сказать, — слезы текут по щекам.

Он сгребает мои волосы в кулак, заставляя поднять к нему лицо. Дергаюсь резко, потому что перед моими глазами покачивается…

Мужской пенис. Большой, стоящий торчком, с широкой налитой головкой, чуть блестящей от смазки. Покрыт узловатыми венами, бугрящимися под тонкой кожей.

До этого только на картинке такое видела, может пару раз в своей жизни… Ужас охватывает меня целиком, парализует.

Жалобно всхлипываю, зажмуриваюсь.

Холодный приказ, лишенный каких-либо эмоций.

— А теперь открой рот, — произносит издевательски.

Член прижимается к моим губам, головка горячая, даже обжигающая… Одной рукой Бес все еще держит пояс, контролируя меня, как животное. В другой — его член, которым он водит по моим губам.