Ты мой трофей, девочка

Я разглядываю ее внимательно, тут же вспоминаю, где видела. На дне рождения Ахмада Алиевича! Эта девица была спутницей Берслана. Я в тот день ужасно ревновала, разглядывала эту красотку украдкой. Ника, кажется.

Вспоминаю, что рассказывала мне Лика. Это же подруга Марго!

— Что это за шутки? — спрашиваю дрожащим голосом.

Уже ясно, что мне подстроили ловушку, а я как дура в нее вляпалась! Поверила Марго! Идиотка просто!

Ника не выглядит сообщницей, правда мне от этого не легче. Одежда на ней какая-то мятая, грязная, волосы всклокоченные, под глазом синяк.

— Что с тобой произошло? Почему тебя заперли?

— Эта сука похитила меня, — криво усмехается Ника. — У Марго всегда была поехавшая крыша, но на этот раз она превзошла себя.

— Да откуда я знаю? — шипит яростно. — Она заманила меня сюда, напела, что помириться хочет, а потом по башке дала чем-то, я сознание потеряла. Идиотка конченая! Я ведь с Берсланом всего-то пару раз была. Потом он на тебя запал, перестал даже на звонки отвечать. И все равно эта дура не может простить мне, что после ее исчезновения с Бесом тусила.

Представляешь, что она сделает с тобой, — добавляет торопливо. — Нужно бежать отсюда, она абсолютно сумасшедшая. Не знаю что она придумала для тебя, как сюда заманила?

— Сказала, чтобы я забрала вещи Берслана…

— Ну конечно, а ты, как овца тупая, поверила, — снова усмехается.

— Она же не убийца… — говорю с сомнением. Ощущение, что я оказалась в каком-то триллере. Так ведь не бывает в обычной жизни!

— Ты такая наивная, кошмар.

Она угрожала мне пистолетом, так что поверь — всё серьёзно. Я пришла в себя, думала как выбраться, уже хотела с окна спрыгнуть. Но там зараза снега мало, боюсь ногу сломать. Лед сплошной, доски… Потом услышала, что в ванной кто-то, решила, что вряд ли Марго. Раз ты меня открыла, надо спуститься вниз по лестнице. Где она сейчас?

— Была на кухне. Чай мне предложила…

— Ага, отлично. А в нем яд.

Меня передергивает. Она ведь не серьезно?

— Где она оставила ключи от машины? — спрашивает Ника.

Судорожно вспоминаю.

— Кажется, возле двери бросила, на столешницу.

Да, точно, вспоминаю как они звякнули о стекло.

— Маленькая узкая стеклянная полка, с коваными элементами, — добавляю подробности.

— Давай попытаемся, — шепчет Ника. — Сидеть здесь бесполезно, даже если забаррикадируемся, она может дом поджечь, да что угодно может сделать.

Никогда еще я не испытывала такого страха! Чувствую, что Ника, несмотря на браваду, тоже трясется, когда крадемся по лестнице.