Ты мой трофей, девочка

И вдруг понимаю, что меня раздражает какой-то звук.

Нет, наверное, мерещится. Звук очень отдаленный.

Голова тяжелая, я встала очень рано, а спала — ужасно. Все время куда-то бежала во сне…

Начинаю проваливаться в дрему, которой не получается сопротивляться. Тело будто налито свинцом. Шума больше нет. Значит, точно померещилось.

Вязкую, глубокую тишину пробивает звук захлопнувшейся двери. Распахиваю глаза.

Это сон. По-другому просто не может быть! Бес, обнаженный, мокрый, в одном полотенце на бедрах, смотрит на меня с изумлением!

— Если бы знал, что меня ждет такой сюрприз, давно бы приехал, — произносит насмешливо, направляясь к шкафу.

— Ой! Простите пожалуйста! — вскакиваю с кровати, больно ударившись ногой и едва не упав, закусываю губу и поборов желание схватиться за прострелившую болью ногу, выпрямляюсь. — Я вытирала пыль… голова закружилась.

— Бывает. Сходи к врачу.

— Да, хорошо, так и сделаю, — бормочу совершенно не соображая. — Извини… еще раз, мне ужасно стыдно.

— Не переживай. Мне понравилось. Заходи в любое время, как голова закружится.

Пока он занят тем что вытирает голову, невольно бросаю взгляд на обнаженный торс Беса. Пялюсь на него шокированно.

Он весь в кровоподтеках и ссадинах!

— Что случилось? — спрашиваю дрожащим голосом.

Бес выпрямляется, откидывает полотенце.

— Слушай, не хочу тебя смущать, но я собираюсь поваляться в постели. Голым. Тебе лучше уйти.

Это безумие, он отпустил меня, разрешил уйти, даже не особо издеваясь, вообще не придав значения тому что я валялась самым наглым образом на его кровати.

— Ты вроде в курсе где я провожу время по ночам. Беги давай, еще где-нибудь пыль протри.

Моя рука лежит на ручке двери. Щеки пылают.

Он ни на что не намекал, не пытался лапать меня, а я…

Меня колотит, бросает в жар, я вся вспотевшая. и возбужденная.

Берслану больно, это видно по тому как кривится, опускаясь сверху на покрывало.

Полотенце все еще облегает его бедра. То, что Бес не пытается как обычно шокировать меня, раздевшись полностью, почему-то придает смелости.

Подхожу, помогаю ему откинуть одеяло.

— Я могу помочь? Наверное, надо вызвать врача.

— Нет. Не надо никого звать. Поищи в аптечке обезболивающее.

— Еще воды принеси. Побольше.

— Да, я сейчас! — бросаюсь к двери.

Оборачиваюсь. Меня до комка в горле волнует, как он произнес мое имя.