Ты мой трофей, девочка

Все так отлично складывалось и вот… Меня снова душат рыдания.

Сама виновата! Не надо было приходить сюда, лгать! Нужно было сразу прервать Лику, сказать, как есть на самом деле.

Матвей привлекает меня к тебе, гладит по голове.

— Успокойся, Жень, расскажи в чем в проблема. Может ты просто слишком впечатлительная? Отстраняется, его взгляд сконцентрирован на моем лице… До меня вдруг доходит, что мы фактически обнимаемся на глазах у всех… и что он сейчас меня поцелует!

Нет, до нас в общем-то никому нет дела, мы не звезды, чтобы привлекать внимание.

Хотя кое— кто начинает улюлюкать, подбадривать. Наверное, из друзей или поклонников Матвея.

— Пожалуйста, отпусти меня, — прошу шепотом.

В этот момент Матвея от меня словно отдирает некая сила. Округляю глаза. Бес!

— Эй, дружище, зачем так грубо? — спрашивает Матвей, поднимая руки вверх, показывая, что не собирается драться.

Берслан на него даже не смотрит.

— Иди за мной, — холодно командует мне, разумеется, даже мысли не допуская, что могу воспротивиться приказу.

— Нет! — восклицаю взбешенно. Даже здесь он относится ко мне как к вещи, как к прислуге.

Мы привлекаем внимание, вокруг собирается толпа.

Бес в ярости, это заметно по выражению его лица. Затем его губы изгибаются циничной усмешкой. В тёмных глазах плещется нечто опасное. Тёмное и яростное, как ночной шторм.

Отвечаю ему дерзким взглядом. Это он во всём виноват! Заставил утром сесть к нему в машину! Захотел проявить благородство, или просто поиграть моими чувствами? А вечером уже с другой, ее сюда привел.

Ну конечно, таким как Бес всегда мало. Любят разнообразие. Как же противно думать об этом! Но я не стану игрушкой в его руках.

— Я никуда с тобой не пойду, ясно? Матвей, идем, пожалуйста. Ты обещал отвезти меня домой. Спасибо тебе большое.

Берслан явно не ожидал от меня отпора, смотрит изумленно.

— Бес, я тебя уважаю, — вмешивается Матвей. — Но если девушка не хочет идти с тобой, мне кажется некрасиво заставлять.

Испытываю огромную благодарность за эти спокойные слова, Матвей абсолютно не соперник Берслану, это понятно, тут даже глупо пытаться решить вопрос силой.

Парень не боится вступиться за меня, перед бойцом, который только что распластал по рингу огромного борова, что глубоко трогает.

Бес молчит, пауза длинная, кажется невыносимой.

В этот момент пробегая взглядом по толпе, вижу Эльмиру. Она внимательно, жадно уставилась на Берслана. Мне становится неприятно.