Ты – мой воздух

Отхлебываю виски из бутылки. Хочу забыться. Хочу, чтобы стало хоть немного легче, чтобы боль, сжимающая грудь, прошла. Но ничего не помогает. Все эти дни смешались в один нескончаемый ад. И каждый новый день − это его очередной круг. Я не знаю, какое сегодня число и день недели. Мне все равно… Мне плевать на то, что происходит вне этого дома, разгромленного моими руками. Прохожу на кухню. Под ногами хрустят осколки и обломки каких-то вещей. Опускаюсь на стул, вытаскиваю из кармана найденную в шкафу пачку ее сигарет, закуриваю.

Как мазохист, раз за разом прокручиваю в голове последние события, последние месяцы… Я полный дебил… Непроходимый идиот… Она изменилась, а я не заметил. Не видел очевидных вещей… Мысли скачут, как у безумного. Я сам привел в дом этого мудака, сам их познакомил, и все были в курсе их связи, но ни один не сказал, не намекнул. Все приняли ее сторону. Все играли на их с Волковым стороне. Почему? Почему, мать их? Сколько это уже продолжается? Сколько времени я в дураках?

Сейчас он поднял трубку, значит, она с ним.

За эти дни я прошел почти все стадии: от ненависти до прощения. Да, я тряпка. Я простил. Я простил ее. Я готов ей все простить, чтобы она не сделала. Даже если бы она приставила ствол к моему виску, простил бы. Но дело в том, что она не простит, даже шанса не даст. Меня занесло, сорвало планку. Лавров оказался прав, мою крышу напрочь сбило.

Она была моим миром, моим кислородом. Я жил, я дышал только ею. За эти дни я понял одно: без нее мне не нужен ни этот дом, ни эта долбаная фирма. Мне даже плевать на то, что подумают люди. Все равно… Я готов все отдать… Все спустить к чертям, лишь бы она была рядом.

Я обманулся… Обманул сам себя. Не принимал ее слова всерьез, когда она говорила, что ей не нужны ни шубы, ни тачки. Ведь всем нужны… Считал, что лукавит, но ошибся. Оказалось, я и не знал ее совсем. Недооценил, недолюбил, все не до… Вчера открыл ее шкаф и присел возле него, увидев, что все, что я ей дарил, висит с бирками и этикетками. Не одевала ни разу, не нужны оказались… Она кричала о внимании, а я одаривал очередной безделушкой.