Ты – мой воздух

Звонит телефон. Фролов. Что этому-то надо? Сегодня что, луна не в той фазе? Все черти повылазили.

− Слушаю, − поднимаю трубку.

− Ника разбилась. Только что позвонили из больницы, поступила в 38 клиническую.

− Как? – выдавливаю из себя единственное слово, разворачивая резко машину, нарушая все мыслимые и немыслимые правила дорожного движения.

− Подробностей не знаю. Просто сказали авария на трассе.

− Она жива? – наверное, в этот момент напряглась каждая клетка в моем организме.

− Да, – выдыхаю. Бросаю трубку и давлю на газ.

Прихожу в себя в машине скорой помощи, сильно болит рука и голова.

− Девушка, не шевелитесь. У вас перелом руки и скорее всего сотрясение головного мозга. Полежите спокойно и скажите мне, если что-то еще болит.

− Голова кружится, – выдавливаю из себя. Боль в висках такая, что говорить тяжело.

− Фролова Вероника Алексеевна к вам поступила сегодня. Я могу узнать, что с ней?

− Кем вы ей приходитесь?

− Мужем, – отвечаю, не раздумывая.

− Тогда подождите в коридоре, сейчас врач подойдет.

Ожидание, кажется, длится бесконечно, минуты тянутся, словно часы. Чрез пять минут в коридоре появляется Фролов.

− Не знаю, сказали врача ждать, – он отходит в сторону и мы больше не разговариваем. Следом появляется Лавров с Ксюшей. Этих-то как сюда занесло?

− Что с ней? – Ксюха и сама выглядит неважно, словно плакала не один час.

− Ничего еще не сказали, ждем врача. Вы тут каким ветром?

− Фролов позвонил. Просил отвезти, но я далеко был, – Денис кивнул в сторону Дмитрия.

Спустя полчаса, наконец, появляется врач.

− Родственники Фроловой Вероники Алексеевны?

− Успокойтесь. Ничего страшного: закрытый перелом левой руки, небольшое сотрясение головного мозга, незначительные ушибы и царапины. Можно сказать, повезло. Она уже рвется домой, но я рекомендую остаться в больнице хотя бы на сутки, а лучше на двое, понаблюдаться. Сегодня никаких визитов. Приходите завтра в приемные часы, расписание у стойки администратора, – с каждым словом врача меня отпускает. Мне кажется, я все это время не дышал.

− Всего доброго! – врач уходит. Фролов первый направляется на выход. Мы идем следом. Денис с Ксюшей прощаются и уезжают. Я закуриваю, а Фролов по-видимому вызывает такси. Подхожу ближе.

− Спасибо, что позвонил, – он лишь качает утвердительно головой и направляется к подъехавшему автомобилю.

Уже прошло два часа, а я все не могу поехать домой. Торчу в машине у больницы. Понимаю, что ничем ей помочь не могу и даже увидеть пока не могу, но что-то держит.