Ты мой худший вариант

Зак нависает надо мной, гладит меня по лицу, перебирает волосы, и в его взгляде столько восхищения, столько страстного любования, что мне снова хочется плакать.

Его рука ныряет ко мне под тонкую маечку, привычно и сладко ложась на ноющую в ожидании ласки грудь, но тут вдруг громко и пронзительно звонят в дверь.

– Это Дэннис, – зачем-то говорю я.

– Шварц, – кивает Зак, еще раз целует, ласково касаясь губами губ, и со вздохом садится, опираясь спиной на стенку и подтягивая меня к себе под бок. – Надо домой ехать.

– И куда ты потом поедешь? – с затаенным страхом спрашиваю я, ужасно боясь, что он скажет, будто улетит завтра на край света.

– Никуда, – Зак усмехается и целует меня в лоб. – Квартиру сниму, наверное.

– Ты ведь знаешь, что можешь жить здесь, да? Со мной?

– Вот твоя мама капец как обрадуется.

– Ну… не очень скорее всего, – признаю я. – А если нам вместе снять квартиру? Пополам? Я все равно доучиваться не буду, так что могу пойти работать. Моя подружка Таня работает в цветочном магазине, там вроде неплохо платят.

– Солнце мое, – вздыхает Зак, и у меня аж сердце екает, так я соскучилась по этому обращению. – Ну какой нахер цветочный магазин? Ты у меня талантливая, тебе надо идти дальше по этой своей художественной теме. С работой я разберусь.

Его губы кривятся в горькой усмешке.

– Правда, не то чтобы я много что умею. Да и знаю только то, что касается нашей корпорации. Но могу, наверное, пойти к Горчакову в НДК. Он меня точно возьмет, чисто чтобы отцу досадить.

– Мы что-нибудь придумаем, – обещаю я. – Правда! Можно и очень скромно жить, дело ведь не в деньгах.

Зак мотает головой.

– Нет, – категорично говорит он. – Так не пойдет. У тебя должно быть все самое лучшее.

– Почему?

– Потому что я так хочу.

Я вздыхаю, не зная, что ему сказать, и просто обнимаю, прижимаюсь щекой к груди и дышу его мужским терпким запахом. Самым родным на свете.

Я не знаю, сколько проходит времени, когда в нашу дверь осторожно стучатся.

– Дети, – зовет мама. – Вы чай с пирогом будете?

Я смотрю на Зака. Он кивает.

– Будем! – кричу я.

Мы вместе, держась за руки, идем на кухню, а там уже, конечно, сидит Дэннис. Необычно серьезный, даже без этой своей европейской улыбки.

– Спасибо, – говорит он Заку и крепко сжимает его руку. – Мне тут Оля рассказала, и я… Спасибо. Мы потом еще поговорим, да? Если нужны адвокаты, у меня есть. Найдем.