Ты мой! Пока не наиграюсь…

Сейчас надо добраться до дома, принять душ, смыв запах желания, насквозь пропитавший машину. Надеть на лицо маску счастливой женщины, выпить, расслабиться и наконец-то заняться сексом! Где и как пусть решит мужчина. Главное, чтоб в безопасном сокрытом от посторонних глаз месте.

Вечер застолья явно затягивался. Игорь успел рассказать о новом огромном доме, новой жене, новом, втором ребёнке– сыне и многом другом. Он покупал предприятия на грани банкротства, перезапускал их и заново продавал, частенько частями, но уже совсем за другие деньги.

Бизнес процветал.

Она порадовалась за него. Обожающий взгляд, дрожь в голосе. Вздохи при прикосновении, комплименты на ушко с придыханием в голосе. Обещания, планы на светлое будущее и обещания по второму кругу.

Нина не стала рассказывать последние, поганые для неё новости, не созрев выставлять себя полной дурой. Сейчас ей нужно было совершенно другое. Хотелось впиться губами в его жёсткий рот, подставить под поцелуи грудь, живот, лобок… Она была сыта разговорами, но его, похоже, устраивало именно такое свидание.

Она перешла в наступление, задав напрямую вопрос.

– Ковалёв, ты придумал, куда мы отправимся трахаться?

Удивление в серых глазах. Его, что, никто никогда не хотел изнасиловать?

– Ты же знаешь меня,– усмехнулась она,– отчего тогда так шокирован?

– Знаю, поэтому хочу спросить с момента, как ты зашла в зал.– Он сделал паузу, интеллигентный москвич до мозга костей. – Что-то случилось?

– Да и давно. Я перестала жить в реальном времени, надела очки светло–розовые не на глаза, а на сердце.

Позволила себе привязаться к отцу ребёнка. Стала зависимой, а это больно рвёт душу. – Она ужасно хотела курить, ставя в укор себе даже то, что когда-то избавилась от этой зависимости. Всё, чтоб угодить мужу. Отвязалась от малой ввязалась в большую. – Теперь о том, что хочу….

Игорь смотрел на тихую истерику любимой женщины, отлично понимая, о чём та говорит, как и зная причину. Кто-то рассказал об изменах Светличного и сейчас ей очень плохо.

Хочет изменить и выбрала его инструментом мести? Но ему нужно вовсе не это. Стать человеком–буфером, между прошлым и будущим? Но с ним ли она захочет его потом строить.

Он взглянул на часы. Оборвав этим жестом дальнейшее объявление списка желаний. Не позволив унизиться и возненавидеть себя за его отказ.

– Мне пора. – Он поднялся, подозвав жестом официанта. – Сына сегодня обещал уложить, он не уснёт без меня.

– Ковалёв ты охренел? – растерянный, пьяный взгляд.