Онлайн-библиотека книг
– Ещё одну дочку хочешь? – само собой сорвалось с пухлых губ.
Жуков повернулся, с недоумением взглянул на жену.
– Рожая Клима, ты заявила, что это в последний раз.
Нина не могла объяснить, почему её закусило, но хотелось конкретики.
– Так хочешь или нет? – отступать не в её привычке.
– Конечно, хочу!
Рука моментально легла на колено. Нелепый вопрос:
– Когда? Надо тщательно подготовиться.
Она рассмеялась.
– Жуков, мне достаточно подышать рядом с тобой без контрацептивов. Не делай вид, что подбиваю на тяжкий труд.
Он улыбался.
– Девочку слепить, это тебе не мальчика, тут нужны исключительная точность и старание.
– Скажи это Лиске.
– Не могу. Дочь будет в шоке, узнав какой распущенной штучкой была её мама тринадцать лет назад.
– Прихожка была уютной, а ты молодым, спортивным и горячим.
Блондин передёрнул плечами.
– Я и сейчас такой.
– Не хвались, – она взглянула на внушительный ком между его ног.– Не скрою, тогда ты меня удивил!
Стас рассмеялся.
– Рад стараться. Как решишь делать девочку, предупреди.
– Про депиляцию не забудь. И желательно лазерную, – она вспомнила, как выглядела её «Изольда» пару дней после процедур и захохотала в голос под недоумение мужа.
– И засадишь слонихе, – она указала глазами на выпуклость.– В меньшую просто не влезет.
Он нарочито тяжело вздохнул.
– Тогда обойдусь без салона. По старинке как-нибудь. Мужчина должен выглядеть чуть симпатичнее обезьяны.
Нина улыбалась, поблагодарив Бога, что вернул спортсмена живым и здоровым.
– Спасибо.
Тот редкий случай, когда всё к лучшему.
Дорога прошла без происшествий. Они въезжали в Москву по темноте.
Нина любовалась на ярко освещённый мегаполис. Красотища невероятная. На душе стало спокойней. Будто улицы города могли защитить от ненормального маньяка.
Она вздрогнула, отгоняя неприятные мысли. Порой они оказывались пророческими.
– Жуков, а если этот скотина маньяк?
Он поперхнулся водой, что пил в это время.
– Какой маньяк?
– Сексуальный.
Он скривился.
– Не выдумывай! Хватит на твою голову Светличного. Поймаю этого маньяка, голову откручу и член узлом завяжу.
– Сам посуди, в каком виде он меня впервые увидел? – настаивала она.
Блондин сжал ноздри, вспомнив бледное лицо матери.
– Причём тут дети?– ярость в душе, и холодная волна в солнечном сплетении.
Угрожающего малышне он готов был порвать руками.
Она кивнула.
