Ты мой! Расплата за измену (СИ)

 – Я его никогда не обманывала, а вы все врали. Он злится.

Нина кусала губы, согласившись, что обиженной ложью сын скорее примет помощь сестры, чем её. Нужно время, чтоб жизнерадостный мальчик оттаял душой, принимая новую правду.

– Хорошо, только переоденься, – она направилась к раздвижной двери в гардеробную комнату. – Приведу себя в порядок, заберём в отеле отца и поедем. Скажи Троше, чтоб собирался.

Лиска замялась на пороге, но перед тем, как уйти, выдала:

– Мама, не бойся, он не уйдёт к отцу, как бы тот ни старался.

Нина втянула воздух, не сдержав всхлипывание. Комок перекрыл горло, но на душе стало спокойнее. Она с благодарностью прошептала девочке, ставшей намного взрослее за последний год:

– Спасибо, доча.

Полная ликования Нина выходила из зала суда. Улыбка на пол лица, счастье в огромных глазах. Трофим оставался с ней, сказав, что его отец Станислав Жуков.

Опекунский совет, как ни старался, не смог найти нарушений.

Светличный рвал и метал. Щедрые подарки и обещание светлого будущего не помогли.

Она наслаждалась победой, чуть задержавшись на лестнице, делая вид, что снимает салфеткой грязь с туфель.

Шатенка резко выпрямилась перед проходившим мимо Светличным.

Одержимый мерзавец не устоял даже сейчас, впившись жадным взглядом в аппетитный зад «бывшей».

Она обернулась с усмешкой в глазах и словами:"

"– Ну что, сука, съел? Завтра заберу у тебя дочь и еб…сь конём со своею мамашей, – она шипела, с трудом удерживаясь, чтоб не сболтнуть большего.

Он принял её слова, скривив губы в ухмылке:

– Какие маты из прелестного ротика. Провинция так и прёт, – чёрные, злые как у чёрта глаза метали молнии. – Рано празднуешь победу, «Кошка»! Жизнь так хрупка, а я всегда рядом и готов принять заботу обо всех твоих детях, оптом!

Нина оторопела от столь явных намёков.

– Ты мне угрожаешь?

Он оглянулся и, убедившись, что никто посторонний их не услышит, ответил:

– Нет. Предупреждаю. Не хочешь быть моей, станешь ничьей!– оскалив белоснежные зубы хищника, готового сожрать жертву.

Нина инстинктивно отшатнулась и чуть не полетела вниз.

Он ухватил её за руку, резко дёрнув на себя.

Она оказалась в крепких объятиях ненавистного мужчины. Запах знакомого до тошноты парфюма ударил в ноздри.