Ты мой! Расплата за измену (СИ)

Он громыхнул по столу кулаком, ровно в то место, что освободила Нина, отлично знающая привычки друга.– Почему сразу не набрала меня? – смуглое лицо перекосилось от злости. – Трошка сильно перепугался?

Пришлось успокаивать:

– Дети ничего не поняли. Позвонила, как только узнала, но Илье. Он прислал сопровождение. Хотелось как можно быстрее убраться из города. Теперь нас охраняют.

Олег драл подбородок, выдав первую версию.

– Заказчиков может быть двое. Один хотел лишь припугнуть, а второй точно пытается убить.

Нина кивнула, добавив интриги:

– И его лицо мне знакомо.

Бероев запустил пальцы в волосы.

– Прости, Нинок, я посчитал, что всё не так страшно, не напрягся как должно, – он вышел в холл, к оставленным на широкой тумбе вещам, и вернулся с ноутом, обратившись к Стасу: – Сможешь показать на карте, где вы были в момент, когда резанули колесо?

– Примерно, – Стас вздохнул.– О другом в это время думал, дурак. Завернул при первой возможности, почти не глядя куда.

Олег обратился к Нине.

– Ты сказала, что вы находитесь в кармане у стоматологии.

Она кивнула.

– Название не запомнила?

Закрыла глаза, проматывая тот момент. Невысокое кирпичное здание. Парадный подъезд с вывеской. Голубой на белом логотип и надпись.

– «Эстет»!

– Точно?– Бероев, не поднимая голову, бил по клавишам.

Нина кивнула.

– Абсолютно, ты мою память знаешь.

– Отлично! – он повернул экран к Стасу.– Тут три пункта зуборемонта с таким названием. Посмотри, который из них ваш?

Жуков уверенно ткнул пальцем.

– Здесь, в этом районе были.

Олег отправил кому-то письмо, пообещав:"

"– Завтра пришлю фото гондона. Будем искать его по лицу. Не может быть, что нигде не засвечен, – засомневался он и угрожающе рыкнул: – Придушу, пидо…са.

Бероев без перехода кивнул на кофемашину. То, что для всех было вызовом, для него рутиной каждого дня, не отвлечёшься – можешь перегореть.

– Налей мне без сахара и дай что-нибудь сладенькое.

Он с удовольствием ел пирог с вишнёвым джемом, запивая обжигающим ароматным напитком, подначивая Стаса:

– Не обломай Фёдорова когда-то мою любовь, сейчас я бы жил в уютном гнёздышке под крылышком тёщи-повара.

Блондин улыбался, привыкнув к подколам друга.

– К моему счастью, она Жукова, а ты сейчас пойдёшь тискать наших с ней пацанов и отправишься в свой дом.

– Могли быть моими! – не отступал брюнет.