Ты - моя ошибка

Ник умел смотреть так, что хотелось отдать целую планету ради него.

- Что… что ты здесь делаешь? – спросила я, набравшись смелости. Опустила голову и попятилась назад, пока не уперлась бедрами в маленький деревянный столик у окна.

- Ну как тебе? – он двинулся на меня, но тут же остановился. Вид у Новикова был довольно грозный, но я не могла подавить влечение, которое медленно загоралось в груди, при виде этого парня.

- А тебе? Не жаль Алену? Вы же явно не успели уединиться, - выплюнула с обидой в голосе, и отвернулась.

- Игнат хорошо тра*ается? – спросил Новиков, пропуская вопрос, про Аленку мимо ушей. Еще один шаг, и еще. А потом он уперся руками по обе стороны от меня, и подобно дикому коршуну начал разглядывать мое лицо, опыляя горячим дыханием. Я не могла пошевелиться, в ушах звучал набатом ритм бешеного сердцебиения.

- Отойди, - затребовала, продолжая избегать зрительный контакт.

- Ты стонешь под ним? Просишь добавки, Снежинка? – какую-то ахинею нес пьяным голосом Никита. Его рука поднялась, и пальцы вдруг коснулись моих щек, сильно сжимая по обе стороны.

Он резко повернул мое лицо к себе. В груди разлился безумный пожар от давно забытой близости. Я чувствовала на губах его дыхание, их покалывало то ли от боли, то ли страсти. Мазохизм какой-то не иначе. Ник как хищник разглядывал свою добычу, и мне вдруг показалось, что еще немного, и мы оба не выдержим. Однако я знала, как тяжело будет потом, прекрасно помнила ночи в слезах, безудержной тоске, которая до сих пор не прошла.

- Ты спятил? – крикнула из последних сил я, оттолкнув парня.

Он чуть пошатнулся, но глаз с меня не отвел.

- Не стонешь? – губы Никиты скривились в ухмылке, а затем он рассмеялся. Только смех получился какой-то уж больно нервный, больной. И я не выдержала, сказала как есть.

- Я не одноразовая шлюха! – с вызовом ответила, подходя к дверям. – Я не сплю с ним, и ни с кем не спала до тебя. И ты либо последний идиот, либо я не знаю… Но эту чушь слушать в свой адрес не собираюсь. Проваливай, Никита!

Мне было тяжело это сказать, однако я знала – должна.

Подняв гордо подбородок, направилась к дверям, открыла их и жестом показала, чтобы он уходил. Однако Ник сделал ровно обратное. Он скинул обувь и… плюхнулся на мою кровать.

- Эй! – крикнула я, оторопев от такой наглости. Закрыла дверь, подошла к койке, чуть наклонилась и громко крикнула. – Ты совсем охамел, Новиков?

Вместо ответа Никита коснулся моей руки, сжав крепко кисть, а затем внезапно потянул на себя.