Выхожу на улицу и закуриваю. Запах дыма смешивается с ароматным весенним воздухом. Моя Принцесса. Только моя. Хер вы её у меня заберёте. Я буду носом землю рыть, но найду. Переверну на хуй этот мир. Порву ваши глотки. Но девочку свою верну. Вы сильно проебались, когда решили забрать её у меня.
Первым делом еду в клуб. Вшивый сучонок предсказуемо трётся там.
– Привет, Маркуша, поболтаем? – подлавливаю его на перекуре за углом и утаскиваю за шкирку чуть в тень.
– Микс, – барыга таращит глаза и нервно оглядывается в поисках хоть какого-то спасения.
– Я больше не страдаю фигнёй, отвечаю. Отпусти."
"Отпускаю и приглаживаю куртку на нём, отчего тот начинает немного болезненно покашливать.
– Где Лера?
– А я откуда знаю? – фыркает мудила.
Но когда я ломаю ему мизинец, в глазах начинают проскакивать отблески памяти. Чмошник скулит и оседает, потому что я всё ещё держу его за палец.
– Уехала!
– Сколько ещё мне сломать тебе пальцев, чтобы ты выблевал подробности?
– Не надо! – скулит как сука течная. – Я сам мало что знаю.
Родители наши рассорились. Знаю только, что Лерка во Франции в каком-то частном то ли пансионате, то ли клинике. Там вроде как депрессию лечат или что-то такое.
Депрессию, значит. В дурке закрыли суки. Теперь депрессия будет у них. Потерпи, маленькая, я скоро.
От ушлёпка добиться больше ничего не получается. Вижу, что не знает ничего. После ночи поисков в Интернете и возможных контактов, я прихожу к выводу, что пиздец. Элла помогла ограничить круг подобных заведений до двадцати.
Двадцати, мать их! И это настоящие крепости. Но на кону моя Лера, так что я делаю то, на что не пошёл бы ни ради чего другого. Я иду за помощью к отцу.
– Помоги, – сжимаю зубы и смотрю ему в глаза. Ну давай же, сделай для меня в этой жизни хоть что-то. – Они её забрали.
Отец переглядывается с матерью. Мы стоим в гостиной и смотрим друг на друга в упор.
– Пойдём в кабинет, Влад.
Сначала он молчит, а потом поворачивается ко мне и сверлит взглядом.
– Это же та самая девочка, чьи родители скандалили тогда?
– Да.
– Что случилось?
Я коротко рассказываю ему, что знаю сам.
– Она правда важна для тебя?
– Думаешь, я бы пришёл к тебе, будь это иначе?
– Справедливо, – отец засовывает руки в карманы брюк. – У меня будет условие.
Пиздец. Кто бы сомневался.
– Слушаю.
– Ты подпишешь аннуляцию отказа от наследства.
– Зачем тебе это? – сжимаю пальцы на подлокотниках кресла, а потом тоже поднимаюсь.
– Ты знаешь. Влад, мы многое сделали неправильно.
