Беру инструмент в руки и укладываю на плечо, прижимаясь к подбороднику. Проверяю звучание – тембр верен. Ми так же пронзительна, а Соль густа. Они не подводят и позволяют всегда точно передать эмоции. Четыре стабильные струны, а сколько оттенков можно создать!
Оставляю скрипку в гримёрной возле зеркала, киваю девочке-пианистке, зашедшей поправить макияж. Кажется, здесь забыли повесить программу концерта, нужно сходить на сцену, пока ещё закрыты кулисы, и уточнить, за кем я выступаю.
Протискиваюсь через компанию парней-духовников, проверяющих инструменты у окна.
Вздрагиваю от особо резкого звука трубы прямо за спиной.
– Извини, – смущённо улыбается один из них, пожимая плечами.
– Ребята, все переходите на левые гримёрные, в правосторонних мы разместим хор ветеранов, – из боковой «рабочей» двери сцены выбегает художественный руководитель филармонии, но потом смотрит в планшетку и хмурится. – Или нет… Они же у нас… Хм. Так, всё равно все на левую сторону, мало ли, не хочу неожиданной накладки.
Осторожно с танцорами, оставьте им зеркальную гримёрку, иначе ваши вещи будут погребены под их костюмами.
– А можно узнать программу, – спрашиваю, но женщина заморочена каким-то очередным вопросом, возникшим у неё в голове.
– Ты кто? – она начинает копаться в бумагах в своей планшетке.
– Алимова Валерия. Музыкальная школа.
– Так… так…
У неё звонит телефон, и худрук отправляет меня за сцену, чтобы я сама посмотрела на бюллетене.
Так, я почти в самом начале, которое через пятнадцать минут.
Нужно пойти забрать скрипку из гримёрки, в другую мне, в общем-то, и смысла переходить нет. Пальто в гардеробной, сумочка у Маши. Выступлю и пойду в зал смотреть остальной концерт.
Из-за тяжёлых штор слышен шум зрительного зала. Малышня из Дома Культуры балуется и выглядывают между опущенных кулис.
– Брысь, малявки! – рявкает ведущая. – Скоро сцену открывать будем уже.
Дети уносятся, но оставляют одну тяжёлую штору плохо прикрытой. Я подхожу, чтобы поправить, и тут у меня едва не случается удар от того, что я вижу в эту щель.
Машка сидит вверху среднего ряда партера, где посвободнее. Она подскакивает, когда сзади появляются трое парней. Рваные джинсы, один в кожаной куртке, один в спортивной, а третий, кажется, в толстовке. В филармонию так не одеваются.
Двое садятся в кресла сзади Машки, а один рядом, давит ей на плечо рукой, чтобы села обратно. Это они! Парни из «Wet rain»! Влада среди них не вижу, но они-то здесь не просто так.
