В чём прикол?
Но Принцесса, хоть и в стельку, видимо, чувствует меня, потому что вдруг распахивает глаза, уставившись туманным взглядом. Сознательность в глазах проскакивает, но её тут же топит паника. Но Лера продолжает лежать недвижимо и просто смотреть на меня. Только дышать начинает глубже.
– Не бойся, Принцесса, – склоняюсь над ней. – Я ведь ещё ни разу не сделал тебе больно, так же?
Прикасаюсь к её губам своими. Очень мягко. С ней почему-то хочется играть в эти игры. Но Лера сжимает губы и закрывает глаза, сглатывает.
– Хочешь вернуться утром домой девственницей, Принцесса?
Она снова открывает глаза и внимательно смотрит, ищет подвох в моих словах.
– А ты отпустишь? – голос едва слышно.
– Отпущу. Если ты себя отпустишь.
– Я не понимаю.
– Всего минута. Не сопротивляйся ни мне, ни себе самой. Расслабься, не думай, отключи мозги.
– Ты снова играешь?
– Да. Но ты же знаешь, что я всегда держу своё слово, – опять склоняюсь к её губам. – Попробуй. Одна минута.
Целую её, немного притормаживая. Пусть думает, что сама приняла решение.
Принцесса колеблется ещё пару секунд, вздыхает, а потом снимает блокировку. Размыкает губы навстречу, впуская в свой сладкий рот. Когда начинаю чуть напирать, она несмело отвечает. Бл*дь. Это приятнее, чем я думал.
Целоваться она не умеет – факт. Но учится очень быстро – неоспоримый факт. Хватает воздух ртом и выгибается, когда я скольжу языком по её нежной шейке и присасываюсь к тонкой коже на ключице.
Сжимаю ладонью талию, потом перемещаю на упругую маленькую задницу.
Лерина рука несмело дёргается, а потом она прикасается к моей шее. Возбуждение молнией проносится по позвоночнику, заставляя и так не спокойный член стать в твёрдую стойку. Пора тормозить, иначе все эти «Влад Миксаев всегда держит слово» улетят в трубу к чертям собачьим.
Целую её ещё раз, мысленно надавав себе пощёчин.
– Твоя минута вышла, Принцесса. Спокойной ночи.
Отталкиваюсь от постели и встаю. Надо перекурить. Лера застывает на мне взглядом, прокручивая в своей пьяной головушке, что сейчас произошло.
Хмурится и вдруг так сильно краснеет, что я едва сдерживаюсь, чтобы это как-то не отметить. Она тянет из-под себя покрывало, заныривает под него сворачивается клубком.
Пусть поплачет, хорошо, что ей это дано.
После перекура в кухонное окно возвращаюсь на кровать. Не знаю, спит она или притворяется, не хочу выяснять, хотя по дыханию понять недолго. Ложусь на другую сторону и очень скоро отключаюсь.
Тёплый пластмасс машинки в руках.
