"
"— Серьезно? Считаете у старейшины жнецов смерти совсем нет врагов? Да и прекратите вы тут устрашать своей аурой, на меня она не действует, а дочери спать помешаете, и, вон, раб заворочался уже, все, идите, не переживайте, никто ее тут не обидит. И уж точно не сможет украсть, — высокомерно ответил вампир.
Потом послышался непонятный звук, следом упало тело на пол и недовольно зашипело. Отец довольно хмыкнул и вышел, ничего больше не сказав.
— Ты в порядке? Помощь нужна? Я чувствую кровь, — спросил наагат, вот тебе и лекарь, несмотря на обидные слова, готов помочь.
— Нет, сейчас затянется. Не жнец смерти, а гад какой-то, он меня чуть не лишил самой важной части моего тела и шанса на продолжение рода. Как они, блин, свою косу на такие маленькие острые штуки делят, непонятно, но, гадство, как же больно, — побубнив еще немного на полу, вампир вновь залез на кровать и поудобнее устроился.
Послышался неожиданный смешок от Лисьэна.
— Представь реакцию раба, когда он проснётся, ожидая увидеть Ирану, а в итоге обнаружит, что к нему тесно в кровати прижимается незнакомый ночной вампир! — и Лисьэн гаденько так захихикал.
— А когда увидит меня, совсем плохо станет бедолажному! — не удержался от комментариев наагат.
Остальные тоже не смогли сдержать смех, благодаря их дружному гоготу и тряске на кровати, мой смех они не заметили. Больше разговоров не было, и вскоре мы все уснули, наконец-то.
Только во сне я видела глаза неизвестного мне Ванкала — глаза этой расы не перепутать ни с чьими другими. И слышала постоянно повторяющий одну и ту же фразу красивый голос «Что же ты наделала, девочка!».
Глава 54
Утро мое началось совсем не так, как мне хотелось: было жарко, тяжело и как-то ну очень тесно, будто меня в узкую коробку засунули. Да и коробка была мне явно маленькой, и с каким-то подогревом, я пошевелилась — стенки, которые меня окружали, так же зашевелились, и послышалось недовольное мужское сопение. Потом одна из стен за моей спиной немного отодвинулась, и мне стало легче — сама я уже смогла отодвинуться от того, в кого упиралась носом.
Это была не стена, а именно та прекрасная грудь Ирая, на которой я засыпала. Выплывая уже из остатков сна, начала вспоминать, что ночью в спальню пожаловали гости, из-за которых мне и стало жарко. Еще немного пошевелилась — за спиной пробурчали недовольно и вновь прижали меня к себе. Над головой послышалось тихое рычание, и я, открыв глаза, встретилась с полусонными глазами Белора, по которым уже успела соскучиться.
