Он был так же крепок, как и отец-дракон, и его глаза на меня тоже смотрели вертикальным зрачком. Форма их была миндалевидной и очень выразительной, будто их не создали, а нарисовали. Эти змеиные глаза смотрели на меня с обожанием, и видно было, что у него руки чесались уже обнять меня. Высокие острые скулы, острый подбородок и тонкие губы, из-под которых виднелись клыки, которые он пытался скрыть под верхней губой, только получалось это плохо, так как он пытался мне мило улыбнуться, но совместить все действия одновременно было невозможно — это заставило и меня улыбнуться.
Второй отец поверг меня в неменьшее удивление. На меня смотрел мужчина великолепной холодной красоты. Его волосы были очень длинными и белыми как снег, а вот глаза были красивого синего цвета, зрачок внутри был серебряный, это сочетание было завораживающим и очень холодным одновременно. Кожа была белоснежной, на ней ярким пятном смотрелись алые губы. Мужчина был прилично выше папы-дракона, тот доставал ему с трудом до плеча.
Под моим взглядом мужчина почесал свой идеальный подбородок не менее идеальной рукой. После чего сложил руки на груди и удовлетворенно покивал головой, видимо, сейчас в голове он принял какое-то решение, и после этого я увидела, как его ледяные глаза наполнились теплотой. Рядом с ним стоял третий отец, который совершенно отличался от этого ледяного мужчины.
Он был так же высок, вот только не обладал той же красотой, что и остальные. Его красота была в его необычайной брутальности и доброте, в глазах, которые смотрели на меня с непомерным обожанием.
Его фигура была самой большой среди остальных, я бы сказала он был просто огромен, будто единственная гора среди бескрайне чистого поля. Форма добавляла ширины его и без того огромным плечам. Руки были толще, чем обычные мужские ноги, и заканчивались очень внушительными кулаками, которыми можно было спокойно делать дыры в скалах. Мужчина имел очень темно-золотистый цвет кожи, черные волосы, заплетенные в тугую косу, глаза были тоже черного цвета, и зрачка я там не разглядела.
Черты его лица были крупными: скулы, губы и сильно выпирающая челюсть с волевым подбородком.
— Ну ты даешь, брат! только ты можешь такое вытворить: собственную жизнь спас, когда все видели и поверили, что ты погиб, и дочь, такую красавицу, привел в наш дом. Да и дочка, смотрю, не только красива, но и очень необычна, и друг у нее, который смотрит на нас с ревностью, тоже редкий вид.
