Ты не заставишь меня

Он вдруг изменился в лице и дернул меня в сторону, прижал к себе и развернулся, и сразу же, за этим его молниеносным движением до ушей долетел звук выстрела."

"— Беги, – с трудом различила это короткое слово, но повиновалась, побежала к подъезду. Краем глаза заметила черную газель на углу дома и несколько смазанных мужских фигур рядом.

Это они стреляли.

В панике обернулась, и тут же влетела в грудь Демьяна, он толкнул меня вперед и поднял за воротник, когда я споткнулась, почти силой втащил на крыльцо.

Из памяти стерлось, как он открыл железную дверь, и мы оказались в подъезде, в неярком свете лампы увидела его бледное лицо и начала судорожно ощупывать его грудь, эхо выстрела в ушах зазвенело и перед глазами эта картинка – как он меня закрывает собой.

— Алина, я в порядке, – он оторвал от себя мои пальцы, подхватил на руки и понес по ступенькам наверх. — Цела?

— Да, – вцепилась в его шею и шмыгнула носом. — Кто стрелял?

— А как ты думаешь, – он поднялся на площадку и поставил меня у двери, повернул ключ в замке.

Средь бела дня, как сказали бы в новостях, нас убить пытались, только что, и это Марат был, конечно, это он.

Закрыла дверь, щелкнула задвижкой.

— Я виновата? – схватила его за руку, остановила. — По-твоему, я?

— Иди в душ, Коваль, – он отмахнулся от меня, вытер лоб и достал телефон из кармана.

Ударила кулаком по его запястью – и телефон полетел нам под ноги, он выронил его и с изумлением уставился на меня.

— Что? – шагнула к нему вплотную, толкнула широкие плечи, — теперь так будет? Всегда? Каждое слово по капле, сквозь зубы. И от признаний до тепла – долго, долго и страшно, что ничего не вернется.

— Что должно вернуться, Алина? – он наклонился, и губы обдало его горячим дыханием, с примесью мяты, с ноткой табака. — Чего ты от меня еще ждешь? Чтобы я обсуждал с тобой. Жива ли там Надя в больнице. Или состояние твоей сестры.

Его руки сжались на моих ягодицах, он подтолкнул к себе, заставляя подпрыгнуть, ногами обвить его бедра.

— Я не знаю, – обняла его за шею, заглянула в глаза. — Мне показалось, что…

— Тебе показалось, – спиной он вдавил меня в стену, и здесь, в полумраке прихожей я вспомнила, и этот черный взгляд, и тяжелое дыхание, движения широкой вздымающейся груди и жар тела, запах желания.