Ты ошибся с первенцем, дракон!

И на мгновение зависла, с недоумением глядя на портрет. Ну да, ничего драконьего в облике нарисованной малышки не было. Даже её «говорящие» о происхождении от Хранителя глазки художник, которому мы заказали этот портрет два года назад, изобразил темнее, чем в реальности. Уж очень его смутил драконий янтарный оттенок радужек Алисты Дэн. И он не рискнул перенести его на свою картину.

Поэтому Галаард засомневался? Ведь глаза, в отличие от волос, не меняются ни через пять лет от рождения, ни когда-либо вообще. Я вдруг осознала, что ни разу при Галаарде не назвала имени дочери.

И вообще никак не обозначила пол ребёнка.

А он, как истинный мужчина, был уверен, что от него рождаются лишь сыновья. Наивный.

Впрочем, в чем-то он, наверно, прав, и такая убежденность основывалась на опыте многих поколений Солнечных Драконов, у которых первенцами рождались мальчишки. Чаще всего. И за редким исключением.

Но эти исключения были.

— Галаард, это и есть наша дочь. Её зовут Алина. То есть, конечно, Алиста, но я зову её Алина и Аля.

Здесь ей три года. В этом году мы хотели заказать новый портрет, но ещё не успели этого сделать. И нет, Икарт Кеттэльбрахт и я не вместе в том смысле, о котором ты подумал. Он мне дядюшка, а нашей дочери — любящий дедушка. Имей это в виду, если твою бедовую голову опять посетят крамольные мыслишки вроде «наказать» или «казнить».

— А есть за что? — тут же вскинул голову хмурый Хранитель.

Да уж, Галаард неисправим. И лучше с ним на такие темы не шутить.

— Нет. Говорю на всякий случай, зная твой вспыльчивый и быстрый на расправу… характер.

— Значит, дочь? — если прислушаться, можно было услышать, как рвется шаблон одного закостенелого в своих убеждениях дракона. — Не сын?

— Дочь, дорогой, дочь, — усмехнулась я, понимая, что кое-кто ждал совершенно иного. — А что не так? Разве в роду Великих Солнечных Драконов никогда не рождались первенцы-девочки? А как же одна знаменитая древняя воительница-хранительница, которая однажды спасла этот мир от захватчиков? Тоже девочка была, между прочим.

Галаард явственно сглотнул. Складка на лбу разгладилась, а сам Дракон перестал выглядеть шокированным.

— Девочка, — повторил он негромко. — Дочь.

Странное тревожное ощущение внутри меня нарастало, требуя срочного внимания.

— Так, с гендерными особенностями своего ребёнка будешь смиряться потом, — занервничала я, оглядываясь по сторонам.

Если Икарта и Алину забирали внезапно и быстро, он, конечно, вряд ли бы успел оставить мне хоть какой-то знак.