Ты предатель, папа!

Я бы хотела тебе сказать, что он не перестанет быть твоей папой, несмотря на то, что натворил…

– Но он предатель! Я не знаю, как мы с ним сможем общаться дальше!

Она буквально упала на спину и закрыла лицо руками.

– Как он мог так с тобой? А, мам? Я не понимаю! – раздался её приглушённый голос.

Вот и я не понимала. Если у него кончилась любовь и они вдруг с Аллой осознали, что между ними есть чувства, то зачем эта вся грязь за моей спиной? Лев мог ведь со мной откровенно поговорить и рассказать обо всём. Я подумала об этом и горько улыбнулась.

– Даш… понимаешь… папа говорит, что между ними ничего не было. И я осмотрела квартиру и не нашла никаких улик, – аккуратно сказала дочери, когда опять поняла, что мою душу охватывают сомнения.

Она тут же села на кровати и посмотрела на меня то ли с опаской, то ли с осуждением.

– Я всё видела своими глазами! Они были… там! И да, мама, я уже достаточно взрослая, чтобы понимать, чем могут заниматься люди в таких позах и без одежды.

– Тише… тише! – взмолилась я, прикрывая глаза. – Я верю тебе! Верю, что ты всё это видела… Но мне нужно самой убедиться, пойми! Иначе меня будут одолевать сомнения…

Да, я стану сомневаться, не потеряла ли я двух близких людей просто так. Значит, выход один – уже завтра я найду детектива.

– Я думала сегодня поехать ночевать к бабушке, – буркнула Даша. – Но потом поняла, что тебя здесь одну оставлять нельзя.

Она пересела ко мне, умостившись на подлокотнике кресла. Обняла меня одной рукой и предложила:

– Давай или вместе к ней поедем, или закажем что-то из кафе и посмотрим комедию.

Предложение было по-детски непосредственным, но я ухватилась за него, несмотря на то, что понимала: ничего из перечисленного мне не поможет. Ехать к матери – означало подвергнуться новым расспросам, к которым я пока была не готова. Заказывать еду и пытаться хохотать над фильмом – да мне кусок в горло не полезет.

– Заказывай тогда что-нибудь на своё усмотрение, – чуть повернувшись к Даше, сказала я. – И выбирай фильм. А я тоже ополоснусь и приду.

Я вернулась в ванную. Хотелось смыть с себя всю ту мерзость, которая липла к коже, как противная паутина, полная дохлых мух. А потом попробуем с Дашей переключиться на еду и фильм. И хоть немного придём в себя.

Спала я в эту ночь отвратительно.