"
"До восемнадцати мы жили в селе, затем приехали поступать в город. Я удачно поступила в педагогический. Ленка два раза провалилась, пристроилась в колледж с горем пополам, но затем бросила и его, благополучно забеременев. Когда бабушка умерла, дом и землю продали. К тому времени я была замужем, так что на те деньги купили Ленке малосемейку на отшибе, которую она ремонтировала последние несколько месяцев, переехав в квартиру знакомых.
В квартире бедлам, все вверх дном перевернуто.
– Извини за беспорядок, времени нет.
Алинка в саду…
– А чем ты занимаешься? Работу нашла? – переступая через горы обуви и игрушек в коридоре, попадаю в кухню и устраиваюсь за столом.
– На парикмахера выучилась, – поясняет она. – Стригу в салоне неподалеку.
– Понятно.
Не комментирую, что, скорее всего, оттуда ее вышибут так же быстро, как и из других мест. Она уже была стилистом, дизайнером, мастером маникюра, бровистом. Теперь новое занятие, которое так же ее разочарует.
Но я люблю сестренку и кроме друг друга у нас больше никого не осталось.
На самом деле, по крови Ленка мне не родная. Двоюродная сестра. Но выросли мы вместе. Когда-то бабушкина младшая дочка – теть Таня – привезла Ленку на летние каникулы, и забыла осенью забрать. Ленка пошла в одну школу со мной. Тетя Таня в это время работала, разводилась, снова выходила замуж, ездила на заработки в столицу и на север, моталась за товаром, в общем, вела активную жизнь. Моя мама – вторая бабушкина дочь, родила меня очень рано.
Поняв, что не справится с младенцем, учебой и работой в городе одновременно, отвезла меня к бабушке, когда я немного подросла. Она не бросила меня, нет. Обещала, что заберет. Регулярно приезжала с подарками, присылала деньги. Даже брала меня пару раз в город, водила в зоопарк и цирк, покупала сладкую вату… Я не сразу поняла, что у мамы – новая семья, в которую я не вписываюсь. Своего настоящего отца я не знала. Подозреваю, он был каким-то гадом, соблазнившим наивную провинциалку и бросившим ее с пузом.
– Ты чай будешь?
– Угу.
Ленка накрывает стол по бабушкиной традиции.
– Настоящее, сама варила, – сообщает она, ставя на стол вазочку с вареньем из ранеток.
Скорее всего, не только сама варила, но и собирала. По виду ранетки – настоящая дичка. Но я пробую сладкий тягучий сироп.
– Спасибо. Очень вкусно.
Она расставляет чашки, поглядывая на меня. По моему лицу понятно, что мне не до варенья.
