- Очень кстати, - восклицает Ви, роется в покупках и выуживает оттуда пакет молока.
Открывает и быстрым движением добавляет себе в чай.
- И что это будет? – интересуюсь я, подходя.
- Чай с молоком. Первое средство для поддержания лактации. Ну, чтобы молоко не пропало. Это важно.
- Это невкусно.
- Нормально. Хочешь попробовать?
Сует мне стакан, и я делаю небольшой глоток.
- Ну как? – интересуется, будто ей и правда интересно.
Ее, блядь, можно сказать изнасиловали только что, причем два раза и в грубой форме, а она делает вид, что у нее все в порядке.
- Гадость, - говорю я, - лучше попробуй мое.
Сам делаю глоток, чтобы сбить неприятный молочный привкус и прислоняю стакан к ее рту. Заноза тут же отшатывается.
- Ты что, Демьян, мне же нельзя пить алкоголь.
- Пригуби, - прошу я, испытывая вдруг дикое желание слизать аромат виски с ее пухлых влажных губ.
- Давай, ну.
Хватаю ее за плечо и грубо притискиваю к себе. Снова подношу к ее губам стакан.
- Ну! – напираю, упираясь в ее бедро своим каменным стояком.
Сглатывает, дрожит слегка, но все же делает, как я говорю. Притрагивается губами к стакану, смачивает их в алкоголе.
Зашибись, какая сладкая, сука, в этот момент.
Отставляю свой стакан, ее чашку и усаживаю ее на столешницу. Приближаюсь губами к ее губам, оттягиваю нижнюю и прикусываю.
Пьянею от одного этого касания и охреневаю от осознания, насколько мне по кайфу ее присутствие на своей кухне, да и вообще, у себя в доме.
Так всегда было, едва переступала порог...
Хоть и стремилась каждый раз поскорее сбежать. Ни дорогая обстановка со всеми удобствами, ни дохера площади, ни бассейн ее не впечатляли...
Все время смывалась в свою обшарпанную общагу.
И вот снова у меня...
Словно и не было этих долгих, проводимых по большей части в загулах, бесцельных месяцев без нее...
- Обними меня за шею и поцелуй, - хриплю я, сам не узнавая своего голоса в этот момент.
- Демьян, Игорек сейчас проснется, и..
И я, блин, тебя сейчас убью.
- Делай, блядь, как я сказал.
Сейчас же.
Ее руки обвивают меня за плечи, пальцы зарываются в волосы. Я сжимаю ее бедра и ближе притискиваю к себе.
Кайф, блядь. Какой же это кайф.
Но едва ее губы прикасаются к моим, как из комнаты раздается надсадный детский плач.
Да, блядь, мать вашу…
- Демьян, - восклицает Ви и начинает дергаться в моих руках, точно я, блин, ее на адской машине пытаю.
- Отпусти, Игорек проснулся, отпусти. Пожалуйста, отпусти.
Я продолжаю держать.
Отличная идея.
