Доброшу с ветерком, ты же знаешь, я хорошо вожу.
Рядом с нами уже образовались две стайки хихикающих и не сводящих с нас взглядов первокурсниц, и было бы проще сесть сейчас в машину, но я все равно отрицательно мотаю головой.
- Нет, Макс, не могу. Извинения приму, но в машину к тебе я не сяду. И...Ты извини, но мне уже пора. Демьяну не понравится, что мы общаемся с тобой за его спиной.
- Демьян, снова Демьян!
- Извини, Макс.
С этими словами я отворачиваюсь от БМВ и бодро вышагиваю к остановкам, еще не подозревая, что ждет меня совсем скоро впереди.
...
Едва я вхожу в автобус, как желудок сводит от какого-то нехорошего предчувствия. Вроде все как всегда, хоть и за последний месяц, благодаря Демьяну, я почти отвыкла от общественного транспорта. От этой тесноты, давки в час пик, удушающего и доводящего до полуобморока запаха. Но, тем не менее, ничего сверхобычного.
Укол в шею проходит практически безболезненно. Какой-то мужчина протискивается мимо меня, второй, слегка поддерживает под локоть, чтобы не упала.
И вдруг бац…Словно комар кусает и перед глазами тут же начинает все размывать.
- Девушка, что ж вы так, - участливо произносит тот мужчина, что не давал оступиться. – Вам на воздух надо срочно. Пойдемте, я вас провожу.
- Не пойду. Моя остановка следующая, - говорю я, но мужчина меня совершенно не желает слушать.
Расталкивая толпу, он заботливо подводит меня к выходу. Еще немного суеты со спуском, и вот мы уже оказываемся на улице, где мне и правда становится немного легче.
Позже, перебирая этот эпизод в обрывках памяти, я никак не могла понять, почему позволила мужчине вывести себя, а потом усадить в припаркованную тут же неприметную темную машину. Я вообще плохо что помню из тех часов, тем более, что почти сразу, едва оказываюсь в салоне, засыпаю.
А первое, что я вижу после пробуждения – это какой-то темный подвал, с одним лишь малюсеньким окошечком под потолком, и жалкую себя, лежащую на матрасе, небрежно брошенном на не слишком чистый пол.
Первое что чувствую, это недоумение, легкую головную боль и сильную, практически невыносимую сухость во рту.
Боже, что это за место и зачем меня сюда привезли?
Деньги? Хотят потребовать с Демьяна выкуп за меня?
Глаза не завязывали, значит…Впрочем, ничего не значит. Я мало, что помню из-за укола, поэтому, может, все еще не настолько хреново…
Не связана, по крайней мере, уже хорошо.
И все же, все же…
Дикий страх подползает незамедлительно.
