Ты теперь моя

Выбор территории оставляю за вами.

С ув. Р. Саульский.

Откладываю ноутбук и, пересекая темный холл, выхожу на террасу. Теплая июльская ночь зазывает в густой полумрак двора. И я, умышленно не включая освещение, ступаю. Хочу побыть в этой спокойной и нетронутой тишине. Если бы можно было, задержался бы навсегда.

Тот самый день. Сегодня.

А я так и не нашел в себе силы съездить к Юле на кладбище. Год прошел, ни разу не был. Не могу. Кажется, если поеду, там и останусь. Рядом лягу.

Первые месяцы страшные вещи творил.

Все виноватых искал. Многих порешил безосновательно. Наверное, остатки человечности утратил. Всех от себя разогнал. Только Макар с Сеней и остались. Но и они живут теперь где-то в городе. Дома не хотел никого видеть. Когда слышал шаги чьи-то, всё сердце замирало. Подсознательно ждал, что Юлька моя появится. Рассмеется и сразу болтать начнет. О ерунде всякой, конечно. Без какого-либо смысла.

Машинально притискиваю ладонь к груди.

Не думал, что так болеть может. Не знал, что существуют такие сильные чувства.

Самое хреновое, что ей так и не сказал. Теперь давлюсь в одиночку, а оно никак не уходит. Топит, да не убивает. И до берега доплыть не позволяет. А может, я и сам не хочу… Не отпускаю ее. Каждый день вспоминаю, как носилась по дому, танцевала… Смеялась так, в каждом уголке черной души откликалось. Взглядом своим слепила.

Почему с собой не забрала? На хрена ж ты оставила?

Мы так не договаривались. Это я за тобой мертвый должен был! А ты только за мной в ад. Жизнь сыграла по-иному — нет тебя.

И я не знаю, где тебя искать. А отпустить не могу. Не могу. Год прошел, а я не могу.

Никогда не смогу.

Пересекая двор, вхожу в запыленную мангальную. Опускаюсь в плетеное кресло. Упирая локти в стол, обхватываю ладонями голову.

Тихо так. Хоть волком вой.

Я бы и выл. Да сил уже и на это не осталось. Сколько можно корить себя? А я все казню! Не уберег. Не удержал. Чего, блядь, стоят все мои заслуги и успехи, если я не смог исполнить самый важный долг — защитить свою семью?! Причалы, рестораны, гостиничный бизнес… Куда все это? По правде, на хуй оно мне все не уперлось!

Но делать же что-то нужно.

Как-то занимать мысли, хотя бы днем.

Юлька, Юлька…

Кто бы мог подумать, что она перевернет мою жизнь. Не осталось ни до, ни после. Лишь тот неполный год с ней.

Каждый день по швам расхожусь. Наутро по новой латаюсь. Держусь, конечно. Такая натура человеческая — призвана бороться. Только ради чего, непонятно.

Адский замкнутый круг.