Онлайн-библиотека книг
Способность говорить возвращается, но я решаю, что на сегодня с меня впечатлений и переживаний хватит. Отворачиваюсь и, заняв прежнее место на диване, сижу там очень тихо, создавая видимость, будто крайне увлечена игрой в телефоне.
По дороге к нашему дому есть такой небольшой пятачок трассы, который мне всегда не нравился. Километра два через лес — муторные ощущения. Я всегда стараюсь болтать с Риткой по телефону или просто доставать Чарли, пока не выедем снова на трассу. По понятным причинам, сейчас реализовать это нет возможности.
Поздним вечером машин тут не должно быть. Но в этот раз они есть — два черных Джипа стоят поперек дороги, перекрывая нам проезд, еще один — в обочине.
Улавливаю, как Сауль с Чарли переглядываются.
— Фроловские, — изрекает последний.
И едва мы останавливаемся, сзади нас подпирают еще три машины.
— Набей «клич» Семену, и выходим, — вроде как спокойно, почти лениво распоряжается Саульский. Потом поворачивается ко мне и добавляет строже, сходу давая понять, что сейчас не время на пререкания: — Юля, — ловит мой взгляд.
Не успеваю согласиться, воспротивиться или хоть что-то спросить. Они выходят. Подавшись вперед, ныряю между передними сиденьями корпусом и слабо ударяю дрожащим пальцем по кнопке общей блокировки. Возвратившись на свое место, замираю, охваченная новой, отчего-то одуряюще сильной волной беспокойства."
"Пытаюсь разглядеть, что происходит снаружи, но оставленные на подсветке фары с моего ракурса слабо выхватывают темные мужские фигуры.
Господи, пусть они быстрее возвращаются! Пусть все будет хорошо!
Не успевая закончить импровизированные молитвы, вскрикиваю, когда тишину взрывают звуки выстрелов.
Рома…
Глава 22
И это взрослая такая другая любовь…
© Рита Дакота «Армагеддон»
Юля
Я не думаю.
Из каких соображений я действую? Это слепой порыв. Или ослепляющий. Определяющим фактором служит не логическое мышление, только чувства, которые и дают толчок телу двигаться. Я сгибаюсь и принимаюсь лихорадочно шарить под водительским сиденьем.
