Ты теперь моя

Крайне медленно вдыхаю и так же неспешно выдыхаю.

— Поедем домой, как только тебе удастся подстрелить две утки, — ставит условие Сауль.

У меня невольно вырывается смешок.

— Две? Ты либо в меня слишком веришь, либо в себя! Я их быстрее голыми руками поймаю.

— Выдохни, Юля. Руками нам не надо. Мы не за мясом приехали. Возьми свои тело и разум под контроль.

Я совершаю колоссальное усилие, чтобы вновь планомерно перевести дыхание. Отвожу плечи назад до хруста в позвонках.

— Тихо. Не спеши. Слушай. Наблюдай."

"Не спешу.

Слушаю. Наблюдаю. Какое-то время над рекой висит практически полная тишина. Чувствую, что сам Сауль неотрывно следит за мной. Это невероятно, но после прошлой охоты у меня сложилось впечатление, что он зрительно способен замерить мой пульс и безошибочно поймать настрой. Честно говоря, в какой-то момент хочется долбануть о землю ружьем и самовольно направиться к машине. Но, увы, я знаю, что этот закидон не сработает. Мы не уедем, пока он не посчитает нужным. И команду легавым не даст, если будет сомневаться в моей готовности.

Маячить тут до вечера в мои планы вовсе не входит, поэтому я очень стараюсь поймать нужный внутренний баланс.

— Слушай. Наблюдай. Не спеши.

Когда звучит команда, и пернатые взмывают ввысь, не позволяет выстрелить при первой возможности. Надавливая на ствол, опускает его вниз и качает головой. Глядя на абсолютно хладнокровного Саульского, незаметно для самой себя выдыхаю и расслабляюсь, хотя, кажется, каждая мышца приходит в напряжение.

— Ты не успеваешь прицелиться и прикинуть погрешность, которую дает движение, — качает головой.

Втолковывает с расстановкой: — Выбираешь мишень. Учитываешь внешние факторы. Целишься. Стреляешь. Только так.

И снова долгая проходка, зудящее ожидание, полная концентрация.

Вскидывая ружье, целюсь дольше, чем обычно, но успеваю в самый пиковый момент. Разрывной звук выстрела сменяют всполошенные крики крякв. Всепоглощающий триумф взмывает вверх по моей груди, когда я вижу, как в воздухе разлетаются перья. Это результат моих действий! Саульский в этот раз не стрелял.

Сама бегу к речке. Не могу поверить своим глазам. Не две, конечно. Но первая есть! Падая на колени, обнимаю на эмоциях несущую добычу гончую.

— Ура! Ура! Мы это сделали!

Оборачиваясь, с широченной улыбкой наблюдаю за неторопливым приближением Сауля. Он ловит мой взгляд, и… уголки его губ приподнимаются. Я задыхаюсь на вдохе, наслаждаясь этой редчайшей эмоцией на его лице и тем теплом, с которым он на меня смотрит.