Ты только попроси. Или дай мне уйти

"

"Его тигровый взгляд изменился, и он желает знать, что мне известно. Мы общаемся глазами и отлично понимаем друг друга. Я шепчу:

– Между вами что-то произошло. Я это знаю.

– Ты очень смышленая.

– А ты плохонький актер.

– Помалкивала бы!

– Ой, как грубо! – И, видя его взгляд, добавляю: – Стоит лишь заметить, что ты неохотно с ней разговариваешь и держишься от нее на расстоянии. И это ты, парень, который не пропускает ни одной юбки. А ведь она очень миленькая, и было бы логично предположить, что вы крупно повздорили.

Бьорн улыбается. Я его удивила.

– Скажу лишь, что буду очень рад, когда она уедет, – отвечает он.

– Эрик знает, что ты ее не выносишь?

Он отрицательно машет головой.

– Нет.

– Расскажешь, что произошло?

– Да, но не сейчас. При случае.

Киваю. Я ему доверяю. Снова начинаю баловаться. Топлю его, а он – меня. Мы бесимся, пока не выходим из воды и Эрик укутывает меня полотенцем.

– Одно удовольствие смотреть, как вы ладите с Бьорном, – слышу я от Лайлы.

– Он очень хороший друг, – отвечаю я.

– Лучший, – замечает Эрик.

Бьорн смотрит на нас с улыбкой, а Лайла добавляет:

– Ты же не будешь отрицать, что это очень красивый мужчина?

Он смотрит на нее, ухмыляется и, всем свои видом говоря: «Заткнись», – цедит сквозь зубы:

– Спасибо, Лайла.

Поддерживая игру, говорю:

– А я и не отрицаю, Лайла. Бьорн – очень красивый и сексуальный мужчина.

Эрик смотрит на нас. Я улыбаюсь и, чмокнув его, добавляю:

– Но не такой, как ты.

Мы смеемся. У всех хорошее настроение.

– Если бы ты не познакомилась с Эриком, ты обратила бы внимание на Бьорна?

Меня позабавил ее вопрос. Как обычно, я отвечаю откровенно:

– Конечно же. Мне всегда темненькие нравились больше, чем светленькие.

– Серьезно? – смеется Грациэла.

Я киваю. Эрик крепко сжимает меня за талию, приподнимает над собой и, глядя на меня, говорит:

– Значит, ты вышла замуж за светленького, который не собирается тебя отпускать.

– А я и не хочу, чтобы ты меня отпускал, – отвечаю я и восторженно его целую.

Поднимаясь с шезлонга, мой безумный любимый, словно дикарь, закидывает меня на плечо и говорит:

– Ребята… мы скоро вернемся.

– Отпусти меня, – смеясь, пищу я.

– Нет, дорогая… Ты заплатишь за свои слова.

– Да ты, парень, извращенец, – посмеивается Бьорн.

По смешку мужа догадываюсь, как он торопится, а Декстер говорит:

– Давай, дружище, иди и заставь ее заплатить за дерзость отдавать предпочтение темненьким.