Желая наговорить ему кучу гадостей, я возражаю:
– Мальчик не может целый день сидеть с «Wii», «PlayStation» или с… Да ты понимаешь, какого ты воспитываешь ребенка? Понимаешь, что в будущем он станет замкнутым и боязливым созданием?
– Пусть лучше будет таким, чем с ним что-то случится.
– Разумеется, разве с ним может что-то произойти, когда ты его так воспитываешь. Ты не думал о том, что наступит тот день, когда ему захочется выйти погулять с друзьями или с девочкой, а он не будет ничего уметь, кроме того, как играть на приставке или слушаться своего дядю? Ох уж и парочка! Конечно же, вы два сапога пара.
Эрик долго на меня смотрит и наконец отвечает:
– То, что ты живешь со мной и мальчиком в этом доме, – это самое лучшее, что со мной происходило за последние годы, но не подвергай опасности Флина, потому что ты считаешь, что он должен быть другим. Я согласился с тем, чтобы ты поставила в дом эту ужасную красную елку, я заставил мальчика написать эти абсурдные желания и повесить их на елку, но я не поступлюсь, когда дело касается воспитания Флина.
Ты моя невеста, ты предложила побыть с моим племянником, когда меня не будет дома, но за Флина отвечаю я, а не ты; не забывай об этом.
У меня сжимается сердце от его жестоких слов, к тому же в такое чудесное праздничное утро. Да ну его! И его дом. И его племянника. Но, не желая расплакаться, как дурочка, напускаю на себя самый устрашающий вид и, быстро собирая все подарки для мальчика в сумку, шиплю:"
"– Прекрасно. Я подарю твоему племяннику чек.
Уверена, что он ему больше понравится.
Я знаю, что мои слова, в особенности мой тон, ему не нравятся, но я намерена ему еще больше досадить.
– Ты говорил, что та пустая комната на этом этаже была для меня, не так ли?
Он кивает, и я направляюсь к ней. Открываю дверь гостиной и оказываюсь перед Симоной, Норбертом и Флином. Смотрю на мальчишку и, держа в руках его подарки, говорю:
– Ты уже можешь входить. То, о чем хотел поговорить твой дядя, мы уже обсудили.
Я быстро шагаю к пустой комнате, распахиваю дверь и бросаю на пол скейт и все аксессуары.
Так же быстро возвращаюсь в гостиную. Когда я туда вхожу, на меня смотрят Эрик и Флин, Симона и Норберт уже исчезли. Будучи не в духе, говорю наблюдающему за мной мальчику:
– Чуть позже я подарю тебе чек. И не надейся, что он будет такой же щедрый, как у твоего дяди, потому что, во-первых, я не одобряю то, что тебе дают столько денег, а во-вторых, я не такая богатая!
Мальчуган не отвечает.
