Эрик берет меня на руки, опускает на кровать и, обхватив мое лицо руками, говорит:
– Почему ты думаешь, что у нас с ней может что-то случиться? Разве ты до сих пор не поняла, что я люблю и хочу только тебя?
– Но ведь она…
– Она для меня ничего не значит, – прерывает он. – Мне нужно поехать по работе, а она работает вместе со мной. Дорогая, это ведь не означает, что между нами должно что-то быть. Поехали со мной. Собери маленький чемодан и езжай со мной. Сделай это, если ты действительно мне не доверяешь, но не обвиняй меня в том, что я не делаю и не собираюсь делать.
Вдруг я чувствую себя смешной. Нелепой. Я настолько разозлилась из-за Трусишки, что не в состоянии здраво мыслить. Я знаю, что Эрик не соврет мне в подобном случае, и, тяжело вздохнув, бормочу:
– Мне очень жаль, но я…
Я не смогла закончить фразу, потому что Эрик нападает на мои губы и начинает страстно меня целовать. И теперь я сама отчаянно его обнимаю. Мне не хочется больше злиться. Ненавижу, когда между нами остаются недомолвки.
Я на седьмом небе от его поцелуя и, прижимаясь к нему, шепчу:
– Ну же, возьми меня!
Эрик встает, закрывает дверь на щеколду и, развязывая галстук, тихо произносит:
– С радостью это сделаю, сеньорита Флорес. Раздевайтесь.
Не теряя времени, быстро снимаю халат и пижаму, и, когда я оказываюсь полностью обнаженной, он садится на кровать и говорит:
– Иди сюда…
Я подхожу. Он приближает лицо к моей киске и целует ее. Его руки скользят по моему телу.
Эрик усаживает меня на себя и шепчет:
– Ты… единственная девушка, которую я хочу.
Он входит в меня так глубоко, как только может.
– Ты… единственный смысл моей жизни.
Я двигаюсь в поисках наслаждения и, когда он начинает стонать, добавляю:
– Ты… единственный мужчина, которого я люблю и которому хочу доверять.
Мои бедра двигаются взад и вперед, и, когда начинаю стонать я, Эрик встает с постели, кладет меня на нее и ложится сверху, продолжая глубоко в меня впиваться.
– Ты – моя, а я – твой. Не сомневайся во мне, малышка.
От мощного толчка я изгибаюсь в наслаждении.
– Смотри на меня, – приказывает он.
Я смотрю ему в глаза, и он, неистово двигаясь во мне, произносит:
– Я только с тобой могу так заниматься любовью, я хочу только тебя и только с тобой я наслаждаюсь игрой.
Огонь… страсть… возбуждение.
Эрик обхватывает меня за талию, нанизывает на себя и нашептывает сладкие слова, и я купаюсь в сладострастии.
