Когда самолет взлетает, я закрываю глаза и шепчу:
– Чертов упрямец!
43
Через десять дней в Мюнхене назначена конференция компании «Мюллер», там я тоже должна присутствовать. Я пытаюсь отмазаться, но Жерардо и Мигель мне отказывают – подозреваю, что в этом замешан сеньор Циммерман. Когда я туда прилетаю, меня накрывают воспоминания. Я снова в этом прекрасном, по-настоящему грандиозном городе. Вместе с Мигелем и начальниками многих испанских филиалов мы приезжаем в одиннадцать часов утра туда, где будет проходить конференция.
Я занимаю место рядом с Мигелем, и конференция начинается. Среди множества присутствующих ищу взглядом Эрика. И нахожу его в первом ряду. Но… у меня сжимается сердце, когда я вижу рядом с ним Аманду. Вот стерва!"
"Как и раньше, они выглядят очень близкими. Эрик поднимается на сцену, чтобы выступить перед более чем тремя тысячами людей, которые приехали из всех филиалов, и я с гордостью смотрю на него. Я слушаю каждое его слово и в очередной раз убеждаюсь, какой он красивый и насколько ему идет темно-серый костюм.
Когда он заканчивает речь и на сцену поднимается Аманда, я напрягаюсь. Эрик кладет ей руку на талию, и она торжествующе произносит приветственную речь.
Мигель поворачивается ко мне. Я с трудом глотаю слезы и натянуто улыбаюсь. После официальной части официанты начинают носить подносы с шаманским и канапе. Спрятавшись между испанскими коллегами, как в окопе, я стараюсь, оставаясь незаметной, быть в курсе всего происходящего. Приближаются Эрик с Амандой.
Они здороваются со всеми присутствующими. Я уже готова убежать, когда вижу, что он подходит к нашей группе. Он оглядывает нас всех с чарующей, но холодной улыбкой. Он не обращает на меня никакого внимания и, когда здоровается со мной, даже не смотрит мне в глаза. Он подает мне руку, как и всем, а потом уходит, чтобы поздороваться с остальными участниками конференции. Я встречаюсь с Амандой взглядом и вижу в ее глазах насмешку. Вот сучка!
Они здороваются с остальными, и я наблюдаю, как Эрик снова кладет ей руку на талию.
Они фотографируются с коллегами. Айсмен ни разу не попытался посмотреть на меня. Ничего, абсолютно ничего. Так, словно мы никогда не были знакомы. Не моргая, смотрю, как он фотографируется с другими женщинами, и у меня мурашки бегут по коже, когда я вижу, что, разговаривая с одной из них, он смотрит на ее губы.
Я его хорошо знаю. И знаю, что означает этот взгляд и к чему он может привести. У меня начинает колоть шея.
