Когда Эрик ведет меня к стулу, спрашиваю у него:
– Ну и что в новогоднюю ночь подают на ужин в Германии?
Однако перед тем как он смог ответить, распахиваются двери и появляются Симона и Норберт, неся две супницы. Совершенно неслышно они опускают их на стол. Я с изумлением замечаю, что одна из них наполнена чечевицей, а в другой суп.
– Чечевица? – хохоча, говорю я.
– Гадость! – гримасничает Флин.
– Это немецкая традиция, такая же есть и в Италии, – довольно отвечает Эрик."
"– Сеньорита Джудит, это суп со шкварками и сосисками, и он очень вкусный, – поясняет Симона.
– Я вам налью немного?
– Да, спасибо.
Симона наполняет мою тарелку, и все на меня смотрят. Ждут, когда я попробую. Беру ложку и послушно зачерпываю суп. Ого, он и в самом деле очень вкусный. Я одобрительно улыбаюсь, и они отвечают улыбкой.
Пока Норберт шутит с Флином, а Симона наливает мальчику суп, я, не в силах сдержать свои мысли, поворачиваюсь к Эрику и шепчу:
– Почему ты не предложишь Симоне и Норберту поужинать с нами?
Сначала мое предложение его удивляет.
Но после недолгого размышления, когда до него доходит, чего я добиваюсь, он соглашается.
– Симона, Норберт, не хотите ли с нами поужинать?
Супруги переглядываются. Судя по их лицам, Эрик впервые приглашает их за стол.
– Хозяин, – отвечает Норберт, – мы вам очень благодарны, но мы уже поужинали.
Эрик смотрит на меня. Ну нет уж – я намерена добиться своего! Я улыбкой говорю им:
– Мне было бы очень приятно, если бы вы к нам присоединились во время десерта, обещаете?
Супруги снова переглядываются, и в конце концов, под настойчивым взглядом Флина, Симона улыбается и кивает.
Через десять минут, когда мы покончили с супом, входят Симона и Норберт с новыми блюдами. Мой взгляд прикован к одному из них.
– Это овощи. Это блюдо называется sauerkraut, – поясняет Эрик. – Это квашеная капуста. Попробуй.
– Да. Она очень вкусная, – замечает Флин.
По его лицу видно, что она ему вовсе не нравится, но он мне нарочно об этом не говорит.
Я решаю отказаться от этого блюда, надев свою самую милую улыбку, и беру хлебец, который очень похож на белую сосиску.
Вскоре я вижу, как Норберт ставит на стол подносы. И тут я начинаю хлопать в ладоши. Креветки, сыр и иберийская ветчина. Ого! При виде моего счастливого лица Эрик берет меня за руку:
– Не забывай, что моя мама – испанка, и она привила нам много обычаев.
– М-м-м, обожаю ветчину! – добавляет мальчик.
Эта ветчина – настоящее искушение.
