Мальчик в ярости хватает тетрадь, вырывает один лист и берет ручку, а когда собирается отойти, я ему говорю:
– Флин, возьми зеленую ленту, чтобы завязать их.
Не глядя на меня, он берет ленту, направляется к столику напротив телевизора и начинает писать. И тогда я тихонько подхожу к Эрику и, став на цыпочки, шепчу:
– Спасибо.
Мой немец смотрит на меня, улыбается и целует. Очко в пользу Германии!
Некоторое время мы обсуждаем елку, и он смешит меня своими комментариями. В некоторых вещах он настолько консервативен, что невозможно не рассмеяться.
Вскоре к нам подходит Флин и вешает на дерево листочки с написанными им желаниями. А потом, даже не посмотрев на нас, возвращается на диван. Берет пульт от «PlayStation», и в комнате снова начинает звучать оглушительная «игровая» музыка. Не спуская с меня глаз, Эрик поднимает с пола тетрадь и ручку и спрашивает, говоря мне на ухо:
– Я могу загадать любое желание?
Я знаю, к чему он клонит. Знаю, что он хочет сказать, и кокетливо шепчу, еще ближе к нему приближаясь:
– Да, сеньор Циммерман, только помните, что, когда закончатся рождественские праздники, мы все вместе будем их открывать и читать.
Некоторое время Эрик рассматривает меня, а я думаю лишь о сексе… сексе… сексе. О господи! Когда я на него смотрю, он меня настолько возбуждает, что я превращаюсь в сексуальную рабыню! В конце концов мой похотливый жених кивает, отходит на несколько метров и улыбается.
Ох! Меня заводит, когда он так смотрит на меня. Я обожаю эту смесь заносчивого, вожделеющего и нахмуренного взгляда! Вот такая я мазохистка.
Некоторое время я наблюдаю, как он на кухонном столике пишет желания. Мне хочется узнать, что он написал, но я должна продержаться до того дня, когда мы все будем их читать. Закончив писать, Эрик складывает бумагу вдвое, и я даю ему серебристую ленту. Повесив листочки на дерево, он лукаво на меня смотрит, подходит и кладет что-то в передний карман моей толстовки. Потом целует меня в кончик носа и замечает:
– Не дождусь, когда исполнится это желание.
Я расплываюсь в довольной улыбке. Я горю… Боже мой, я вся пылаю! Став на цыпочки, целую его в губы, а мое сердце выскакивает из груди. А потом, заговорщицки шлепнув меня, давая понять, как сильно он меня хочет, Эрик садится рядом с племянником. Пользуясь моментом, достаю маленькую коробочку, которую он мне всунул вместе с бумажкой, и читаю:
– Мое желание: хочу, чтобы сегодня ночью ты была обнаженной на моей постели, и хочу испробовать этот подарок.
Я улыбаюсь.
