Ты у меня одна (СИ)

Ничего не могу с этим поделать.

— Ну ты же психолог! Должна уметь собой владеть.

— Катя, покажи мне хоть одного стоматолога, который сам себе вырвал зуб.

— А-а-а, — многозначительно протянула Катя. — Тогда ладно.

— Психолог – это хорошо, — с едва заметной иронией сказал Денис Алексеевич. — У нас в семье как раз не хватает психолога. Одни экономисты и юристы – поговорить не с кем.

Юлия, услышав слова мужа, засмеялась.

Алёна расплылась в улыбке.

— Это да. Поговорить я люблю. Поговорим.

Алёна влезла в футболку и джинсы, стянула волосы в хвост и вышла из спальни.

На кухне ее ждал Ваня. И кофе.

— Мурка, ну не сексом же единым жив человек. У тебя в холодильнике одна трава. Траву курить надо, а не есть. Уже обед, а я еще не завтракал. — Шаурин стоял перед открытым холодильником, задумчиво изучая его скудное содержимое.

Биойогурт, пара яблок, овощи и салат. Негусто.

— Ванечка, так ты выпускай меня хоть изредка из спальных хоромин, будет у тебя и обед, и завтрак. А так…

— А так придется ехать к маме, там точно накормят.

— Поехали, — согласилась Алёна, торопливо отхлебывая кофе. — У меня как раз кое-что есть для твоих родителей. Так сказать, мое алаверды.

— Стоило, — уверенно отмахнулась она от его вялого протеста. — Если уж ржать надо мной, то по делу. И для тебя я припасла подарок.

Они быстро допили кофе, хотя спешить было некуда. Вернулись в спальню. Ванька присел на кровать. Алёнка нырнула в гардеробную и через минуту появилась с пакетом в руках. Из него она выудила небольшую коробочку.

Ваня взял ее осторожно, не спеша срывать цветастую обертку. Алёна еще ни разу ничего ему не дарила. Не мог представить, что бы это могло быть. С трудом верилось, что какая-то безделушка или галстук. Не в ее стиле такая банальность.

— Давай уже, — подогнала Лейба, сгорая от нетерпения посмотреть на его реакцию. — Я старалась.

— Вот именно это меня и настораживает, — ухмыльнулся Ваня, распаковал подарок… и взорвался от хохота, вытащив черную футболку.

Так рассмешила его, до коликов, разумеется, не сама футболка, а изображенный на ней принт.

— Я знала, что ты оценишь, — самодовольно сказала Алёна, расплываясь в улыбке.

— Лейба, ты неподражаема. Я хочу надеть ее сейчас. И так прийти к родителям, — выдохнул Шаурин, когда взял себя в руки.

— Давай отутюжу и напялишь. — Забрала у Ваньки футболку и, приложив к его груди, разгладила ладонями строгую белую надпись «I killed Kennedy». — Твой Че Гевара отдыхает.