Тем более, врач говорила, три месяца после лапароскопии – лучшее время, чтобы беременеть. У нас какой?
– Второй пошел…
– Во-о-от, – тяну одобрительно. И ювелирно продавливаю созревший для самого себя неожиданно план дальше: – Скоро свадьба. Так что предлагаю завязывать с твоими таблетками и браться за дело.
В глазах Лизы вижу страх и ошеломляющую надежду.
– Думаешь? А вдруг не получится? Я боюсь… Боюсь, что не получится… Никогда…
– Конечно, получится. И очень быстро. Хочешь секрет? – обхватывая ее лицо ладонями, прижимаюсь лбом.
Дождавшись, когда зрительный контакт восстановится, хрипло делюсь: – Быть батей у меня в крови.
– Боже, Артем… – и вновь смех сквозь слезы.
– Давай, не раскисай сильно… – поддерживаю ее смех, хотя сам с трудом дыхание перевожу. – Фу-у-ух…
– Я так люблю тебя… Боже, Артем… Так люблю тебя… Ты прости, но я еще поплачу… – тарабанит, всхлипывая.
– Да плачь уже, – снова смеюсь я. Нежность распирает. А кроме нее… Столько всего! – Внутри меня такое пламя разгорелось, никакими слезами не загасить.
– Спасибо…
– Иди сюда.
Обнимаю, она ответно прижимается и выливает свой литр соли. Наверное, по-другому этот момент нам не пережить. Вот и приходится терпеть, любить и сострадать.
«Папа, я так устал ждать…»
«Папа…»
Вспоминаю вдруг своих пацанов: беспредельщика Бойку, блядуна Тоху, долбаного позера Филю и принципиального ирода Жору. Какие-то идиотские терки, яростные вспышки, дебильные понты, массовые драки, тупые приколы, поросячью синьку, куражи, загулы и шальные оргии.
Как, даже залитый спиртом, старался оставаться с трезвой головой, тормозил запредельную жесть и не раз вытаскивал нашу пятерку из самого глубокого дерьма."
"Юность пролетела весело и трэшово. Начало зрелости пронеслось еще тяжелее, жестче, рискованнее и ярче. Но лишь сейчас пришла пора показать, каким мужчиной я вырос.
Не полтора года назад, когда одурело кричал: «Спорим, моей будешь?». Не тогда, когда клялся в любви. Не тогда, когда невинность отбирал.
Не тогда, когда хотел обрушить к ее ногам весь этот ебаный мир. Не тогда, когда порвало на части от боли. И даже не тогда, когда уже готов был жениться, лишь бы забрать Лизу себе.
Только сейчас.
Только сейчас, когда все мои одержимые «хочу» стали незамедлительно обращаться в действия. Когда я принял ответственность за свои желания. Когда полноценно осознал, что обладать кем-то – любить не столько физически, сколько душевно.
