Ты всё ещё моя (СИ)

Какими же изматывающими могут быть эти чувства!

Радует только то, что парни больше не проявляют ко мне интереса. Фильфиневич утром лишь спросил, почему я так рано ушла, и, едва дослушав вранье о головной боли, оставил меня в покое.

Закончив с ужином, задерживаться не планирую. Однако приходится.

– Мне говорили, что ты красиво рисуешь, – подсаживается ко мне Протасова, пока ребята переключают свет и врубают музыку. Сегодня народу еще больше, чем вчера. Полно незнакомых мне людей. Интересно только, где все спать собираются? Комнат явно не хватит.

– Ну да, – бросаю, старательно игнорируя вспыхнувшее в груди неприятие. – Рисую.

– А можешь мне для Чары портрет нарисовать? Я заплачу!

И тут я делаю то, что сама от себя не ожидаю.

– Нет, не могу, – отказываю ей.

– А ты, Вик, как?.. Нормально себя чувствуешь, обращаясь к бывшей своего парня с такими просьбами? – выливаю в тон все свои эмоции.

Кого мне, собственно, стыдиться?! Ну не ее же!

Протасова резко бледнеет, а после густо краснеет.

– Извини, – бросив это, подрывается со стула и уносится к своему Чарушину.

Я бурно перевожу дыхание, подхватываю бокал с вином и вместо того, чтобы уйти, как планировала, в дом, направляюсь к качелям.

Присаживаюсь. Пригубляю ароматный напиток. Глоток, другой, третий… В голове становится шумно. В груди что-то хлипко дрожать начинает. Но я продолжаю пить и наблюдать за веселящейся толпой.

Хорошо это или плохо, не знаю, однако, стоит признать: никогда мне не быть одной из них.

– Не пара они, – раздается несколько минут спустя совсем рядом со мной.

– Что, прости? – поворачиваюсь к девушке, которая заняла соседние качели.

Задумавшись, не заметила, как она подошла.

– Чарушин и Протасова – не пара, – разжевывает она, а у меня сердце заходится. – Вика, конечно же, спит и видит… – закатывает глаза. Я пытаюсь вспомнить ее имя, но никак не удается. – Но Чара просто трахается. Он трахает всех более-менее симпатичных встречных-поперечных. Без разбора, короч.

Эта информация вызывает у меня смешанные чувства. И какое-то жалкое облегчение, и гребаную радость, и острую боль, и жгучую ревность… Не нахожусь с ответом. Хорошо, что эта девушка его и не ждет.

– Меня Лия зовут. Не помнишь, да?

– Ну… – хмыкает брюнетка. – Ничего удивительного. Есть у меня такая особенность – оставаться невидимкой на любом сборище.

– Серьезно, – смеется абсолютно искренне.