Зато пыльная фисташковая плитка будет более свеженько смотреться…»
И примерно так же по всем остальным пунктам.
Весело? Не то слово!
Скучать точно времени не остается, как и заниматься наматыванием соплей на кулак. Что само по себе — большой плюс.
Но поторапливаться нужно в любом случае. Звонка из роддома ожидаю каждый день. Со страхом и нетерпением одновременно. До сих пор не понимаю, как нужно относиться к происходящему, но то, что произошло чудо — не поддается никаким сомнениям. И я от этого испытываю не просто радость, буквально эйфорию.
Потому что новая жизнь — это яркий лучик солнца в кромешной тьме, куда мы с сестренкой попали.
Эх, Лизонька, милая, борись! Борись и не опускай руки! Ты нам очень нужна! Мы же без тебя не справимся!
Обращаюсь мысленно к сестренке, шмыгнув носом, когда делаю очередной перерыв, чтобы немного покушать, а точнее заварить себе пятую или шестую за день чашку кофе и сварганить бутерброд. Это всё, на что хватает сил и желания. Хорошо, что еще хлеб остался.
А-то и его купить порой забываю, как уже бывало ни раз и ни два.
Через пару часов снова предстоит ехать в клуб и танцевать. Полуголой появляться перед толпой разгоряченных алкоголем и азартом мужиков с сияющими похотью глазами и руками, желающими подтащить к себе поближе, подмять посильнее и сделать всё, на что больной фантазии хватает.
Но ничего, я справлюсь. Справлюсь со всем. И с похабными выкриками, и с голодными, раздевающими, надменными взглядами, и с презрением Альбертика, и с непристойными предложениями охранников.
И сестренку непременно вытащу из того кошмарного состояния, в котором она сейчас пребывает…
Всё будет хорошо…
Твержу, как мантру.
ВСЁ БУДЕТ ХОРОШО!
И наплевать на то, что Шацу не нравится общее состояние сестры из-за ухудшения некоторых показателей. Евгений Иосифович ведь может просто-напросто перестраховываться, дуть на воду. Лиза у меня молодая совсем. Организм у нее сильный. Всю жизнь спортом занималась, танцами, акробатикой. Она поправится и непременно будет жить долго и счастливо.
Ну не может же один несчастный случай перечеркнуть всё?"
"Черт! Может… Конечно, может. Но о Максе думать не хочу. Иначе точно расплачусь. А мне нельзя. Потому что танцовщица элитного ночного клуба «Фараон» обязана выглядеть идеально. И никаких исключений быть не может.
Фух, ладно!
Мы, Гуровы — девчонки сильные. Сдюжим. Непременно со всем справимся. Лиза выйдет из комы и поправится, а я позабочусь обо всем остальном.
