— Хулиганка, — выдыхает мужчина через секунду и легонько прикусывает местечко за ушком, тут же заглаживая его языком.
Горячая волна прокатывается по телу, заставляя сжать внутренние мышцы.
— Ахх.
И это подстегивает моего партнера еще больше. Ему нравится мое прерывистое дыхание, нравятся мои тихие стоны, которые он слизывает своим языком, нравятся мои губы, которые он не отпускает.
Прикрываю глаза и прислушиваюсь к ощущениям. Они пока непривычные и непонятные. Но прижатое ко мне тело Гроссо, его властность и жесткость, моя наполненность и открытость кажутся необходимыми и очень приятными.
А еще размеренные движения бедер…
И постоянно скользящий по клитору палец…
И опаляющее дыхание на губах…
И горящий взор карих омутов, который я ощущаю даже в темноте…
Это невероятная мощь, которая нависает надо мной, как над хрупким цветком в стеклянном куполе…
Не знаю, что заводит сильнее.
Не знаю, что служит тем спусковым крючком, который заставляет меня расслабиться и доверчиво двигаться навстречу мужчине.
Не знаю, что заставляет меня требовать от него быть еще жестче, брать сильнее, целовать глубже, обнимать крепче.
Но именно в тот момент, когда у Гроссо слетает планка, и он, обхватив мои бедра, подтягивает к себе и начинает, не жалея, наносить удар за ударом, когда он напрягается всем телом, словно струна, и издает протяжный стон, оглушающий неприкрытой страстью комнату, когда запах черной смородины и бергамота оказывается глубоко во мне… именно в этот момент я переношусь за грань, которой не видела прежде, и сама не сдерживаю стона.
А Алекс продолжает и продолжает неумолимо таранить меня, посылая все дальше в никуда, пока не раздается его долгий стон, полный удовлетворения, и он, замерев на несколько секунд, не перекатывается на спину, укладывая меня на себя сверху. Расслабленную и замученную до предела.
— Спи, маленькая, — Гроссо прижимает меня к себе властным жестом и мягко, бережно целует.
Глубоко вдыхаю аромат мужчины. Моего первого мужчины, от которого, кажется схожу с ума, потому что он мне нравится.
И спокойно засыпаю.
* * *— Ты ненормальная, — озвучивает свою мысль Алекс, качая головой.
Вполне его понимаю.
Застать девушку, с которой провел бурную ночь, в половине четвертого утра на кухне, разбирающую продукты, вместо того, чтобы она нежилась под боком и сладко посапывала в твердую мужскую грудь, странное удовольствие.
Хм, это он еще не знает, что я успела принять душ, переодеться, напиться воды и даже сделать бутерброд.
