А покрывало я загодя просушила у камина, так что сейчас меня дополнительно убаюкивало теплом.
Вот только проснулась я посреди ночи от звука чьих-то крадущихся шагов.
3. Цветы жизни и грозовая тучка
Мне бы испугаться за себя, но первой в голове оказалась мысль о детях. Они же спят на втором этаже, а звук явно слышался со стороны лестницы! В тусклом свете от камина я ничего не могла различить. А пока буду возиться со свечами, ночной гость уже поднимется наверх! В панике я даже навскидку не могла вспомнить, где в гостиной хоть что-то, похожее на оружие.
Единственное, что знала – что тяжелый совок на длинной ручке так и остался у камина.
Схватила его и бросилась к лестнице, надеясь, что не споткнусь в темноте.
– Стой, сволочь! – Когда-то мой грозный голос заставлял всю цеховую смену вжимать головы в плечи. Но у Эвелин был слишком тонкий и нежный голосок, и крик вышел скорее испуганным, чем угрожающим.
Свободной рукой я схватилась за перила и стала подниматься вслед за злоумышленником, а сверху уже слышались детские голоса, сипловатые спросонья.
– Я сейчас разбужу дэйна Мортона! – Я прибегла к уловке, но она не сработала. Черная тень мелькнула за поворотом на второй этаж, и в последней попытке перетянуть внимание на себя, я швырнула в нее совок.
Раздался истошный мявк, детский испуганный крик, и я, хватаясь за сердце, осела на ступеньки. Всего лишь кот? Вот почему шаги были такими тихими, и я не могла его рассмотреть. Шерстяной засранец пробрался в дом и спешил спрятаться от меня.
А может быть, это был питомец детей и знал дорогу к ним.
– Так, все, с меня хватит пряток!
Я поднялась и, громко топая, стала спускаться. Зажгла три свечи в тяжелом подсвечнике и поставила на столике возле лестницы. Еще один шандал взяла в руку и вернулась на ступеньки.
– Вы сейчас же берете своего кота и спускаетесь вниз! Я не собираюсь вас выгонять, но будет лучше, если вы не заставите меня подниматься и тащить вас силой!
Сон слетел безвозвратно, так что я пошла к плите и поставила на огонь чайник.
Налила в чашку малиновый отвар и стала ждать. Сейчас бы чая с ромашкой и печенья к нему… Да и дети точно бы оценили."
"На лестнице снова послышались шаги. Кто-то маленький, закутанное в одеяло так, что наружу торчал один нос, да поблескивали глаза в отсвете свечи, тащил в руках просто громадного кота. Я видела мейнкунов в своем мире, но этот был едва ли не в полтора раза больше. И раз в десять пушистей. Этакая грозовая тучка в кошачьем обличье.
