Тысяча сияющих солнц

Он смотрит на Лейлу и постукивает карандашом по столу.

– Мы знаем, – говорит он, откашлявшись, – что ты, хамшира, сегодня уже раз солгала. Молодой человек на автостанции никакой тебе не родственник. Это он нам сам сказал. Вопрос в том, будешь ли ты еще лгать. Лично я не советую.

– Мы ехали к моему дяде, – говорит Лейла. – Это правда.

– Женщина в коридоре – твоя мать? – Да.

– У нее гератский выговор. У тебя – нет. – Она выросла в Герате. А я родилась в Кабуле.

– Это ты уже сказала. – Он вертикально ставит карандаш на чистый лист бумаги.

Лейла изо всех сил старается подавить охвативший ее ужас.

– Улица Джамруд. – Это название звучало в разговоре на званом ужине, который дала мама в честь вступления моджахедов в Кабул.

– Ага. На этой же улице находится гостиница «Континенталь-Жемчужина». Дядя не упоминал про нее?

– А как же, упоминал, – хватается за соломинку Лейла.

– Ах да, «Континенталь» ведь на улице Хайбер.

Из коридора доносится плач Азизы.

– Моя дочь чего-то испугалась. Разреши мне взять ее, брат.

– Я при исполнении. Обращайся ко мне «господин полицейский». Скоро дочка будет с тобой. А номер телефона дяди у тебя есть?

– Есть. То есть был. – Даже через бурку Лейла чувствует его испытующий взгляд. – Ой, кажется, я его забыла. Я такая рассеянная последнее время.

Он вздыхает. Спрашивает, как зовут дядю. А его жену? А сколько у них детей? Их как зовут? Где дядя работает? Сколько ему лет? Простые вопросы ставят Лейлу в тупик.

Полицейский откладывает карандаш, сплетает пальцы и наклоняется к Лейле, словно родитель, отчитывающий шалунью.

– Сама понимаешь, хамшира, если женщина пустилась в бега, это преступление. Их перед нами много проходит. Едут куда-нибудь одни и говорят, что муж умер. Иногда правду говорят, но по большей части лгут. За побег тебя могут посадить в тюрьму. Да ты и без меня это знаешь.

– Отпустите нас, господин… – к лацкану пришпилен значок с именем полицейского, – господин Рахман.

– Я исполняю закон, хамшира, – значительно произносит Рахман. – Мой долг поддерживать порядок.

Но вслух Лейла говорит другое:

– Если вы отправите нас домой, он с нами такое сделает… словами не опишешь.

Полицейский старается не отводить глаз. – Каждый – хозяин у себя в доме.